НЕВЫСКАЗАННЫЕ ИСТИНЫ

Автор: Mary Rottler

Маккой оттолкнул в сторону поднос с недоеденным обедом и, откинувшись на спинку стула, начал потягивать свой кофе. Он надеялся, что перемена обстановки лазарета улучшит его настроение и поможет ему разобраться с профессиональной дилеммой, касающейся капитана Кирка.
Доктор потер лоб, хотя это не принесло облегчения от нарастающей напряженности. Недавнее наблюдение за нетипичным поведением капитана подсказало Маккою, что записи в медицинский журнал давно просрочены. А поскольку наброски отчета были уже сделаны, Маккой был обязан предпринять действия, которые в конечном счете могли обернуться для Кирка потерей команды. Записи в медицинский журнал нельзя было делать необдуманно.
Знакомая фигура командира вошла в комнату и Маккой изобразил на лице нейтральное выражение, когда Кирк проходил мимо его стола. Но усилие было потрачено впустую. Кирк похоже его не заметил, потому что сначала он взял сэндвич и кофе, а затем выбрал ближайший свободный столик. Изучая стопку распечаток, которые он принес с собой, Кирк методично приступил к обеду.
Доктор вздохнул, на миг почувствовав приступ сентиментальности. Совместные обеды в середине смены вместе с Джимом были для Маккой своего рода традицией. В прежние свои назначения на борт ?Энтерпрайза? доктор перекраивал свой график, и заявлялся на мостик за несколько минут до обеденного перерыва, чтобы осведомиться о статусе команды мостика. Когда Кирка удавалось оторвать от работы, следующие пол часа они обычно проводили за обсуждением своих дел, приправленным беззаботным смехом и шутками. Члены экипажа всегда были рады к ним присоединиться. Маккой закрыл глаза, загородившись от образа одинокой фигуры напротив, и вспомнил те случаи, когда они составляли столы вместе, чтобы продолжить свои философские споры. Комната наполнялась смехом и возбужденными голосами веселых разговоров. Всех во главе с Кирком.
Но сразу же после событий на планете Мирамани настроение на корабле начало изменяться. Шутливые разговоры и совместные обеды внезапно прекратились. Теперь капитан источал напряженность, которая больше не соблазняла членов экипажа открыто вовлекать командира в разговор.
Маккой переместился, окинул взглядом комнату, не пропуская ни приглушенных бесед, ни заметного одиночества столика Кирка. Истории о вспышках гнева и нагоняях от капитана уже достигли ушей доктора, и хотя он был не склонен сомневаться в некоторых источниках этих слухов, нежелание команды приближаться к Кирку было доказательством, которое он не мог игнорировать.
Продолжая тайком наблюдать за капитаном, он снова отметил тени под глазами Кирка и выступившие скулы – свидетельства недавно потерянного веса. Все признаки нарастающего напряжения по неизвестной причине. Доктор изо всех сил старался отделаться от собственного чувства обиды за их дружбу. Все его попытки обсудить с Кирком свое беспокойство были отметены в сторону как не важные.
Маккой покончил со своим кофе и отодвинул стул. Пришло время возвращаться к работе. Он планировал пересмотреть записи журнала мостика за последние несколько недель в поисках любого отклонения в поведении команды. Это была его обязанность, которой он избегал из-за скрытого смысла, стоящего за этими действиями. В отношении капитана, если будут найдены какие-либо доказательства, и в отношении себя самого из-за чувства предательства при таком действии против Кирка. Внезапно громкий сердитый голос капитана заставил Маккой вздрогнуть.
-Спок, неужели я не могу провести несколько минут, чтобы вы меня не прервали?
Доктор шокировано уставился на Кирка. Он пропустил появление Спока, но теперь вулканец в напряженной позе стоял рядом с капитаном. Тон Спока был самой квинтэссенцией холодной официальности.
-Сэр, вы требовали чтобы я показал вам эти отчеты как только они будут закончены.
Кирк сжал кулаки и его лицо вспыхнуло от гнева.
-Если бы ваши отчеты в первый раз были бы более эффективны, мне бы не пришлось теперь тратить на них свое время. Я полагал что вулканцы более компетентны.
Капитан фактически насмехался, произнося это, что немедленно заставило Маккоя вскочить на ноги.
-Джим!- рявкнул он, быстро направляясь к ним.- Здесь не место для этого. Предлагаю нам отправиться куда-нибудь в более уединенное место.
Лицо капитана покраснело, а глаза вспыхнули, когда он уставился на Маккой.
-Предлагаете! Вы вмешиваетесь в мои дела! Убирайтесь к черту с моей дороги.
У Маккой отвисла челюсть, когда Кирк отпихнул его и стремительно удалился из переполненной рэк-комнаты, оставив за собой ошеломленную тишину. Доктор несколько раз сглотнул, пытаясь заставить свой голос работать. Однако на Спока это подействовало не совсем так, и он воспользовался этой возможностью чтобы удалиться. Он широким шагом направился к выходу прежде чем доктор начал приходить в себя.
-Спок! Подождите!
Спок обернулся. На его лице была маска, старательно скрывающая любое выражение, не считая блеска суровых глаз.
-Доктор, мне срочно нужно быть в компьютерной секции.
Маккой выдержал взгляд темных глаз, и наконец кивнул. Он последовал за вулканцем по коридору в гораздо более медленном темпе. Ноги автоматически привели его в лазарет, к беспокойным бурлящим мыслям. Пришло время исполнить одну из самых неприятных обязанностей старшего офицера по медицине и официально подвергнуть сомнению психическую стабильность капитана.

Меньше двадцати четырех часов спустя Маккой приблизился к каюте капитана с документами в руках. Нажав на дверной звонок, он распрямил плечи, понимая, что надвигающееся сражение будет не из легких. Как и планировал Маккой, Спок уже был там. Он стоял в напряженной стойке напротив стола Кирка. Капитан нахмурился, оторвал взгляд от Спока, и пристально уставился на Маккоя.
-Да, доктор?
-Капитан, через час вы должны явиться в лазарет для полного медицинского осмотра. Мои причины для этого официальны и зарегистрированы.- Маккой показал диск.- Согласно инструкциям, отказаться вы не можете.
Сверкающие глаза расширились, и в их карих глубинах вспыхнуло какое-то чувство. На мгновение Маккой растерялся, когда подумал что в этих проницательных глазах отразился скорее триумф нежели гнев. Однако сердитый вопрос Кирка доказал насколько ошибочной была его оценка.
-И чем же именно вы мне угрожаете если я откажусь?
-Отстранением от командования, основанном на наблюдении за вашим поведением и ваших решениях,- тихо сказал Маккой.
Кирк ударил ладонью по столу и резко встал. Маккой против воли испуганно отступил, поняв, что капитан очень близок к тому, чтобы его ударить. Нельзя было не заметить и того факта, что несколько секунд спустя Спок быстро шагнул вперед и встал между ними. Доктор уставился на худощавую спину вулканца, задаваясь вопросом, неужели первый офицер тоже подумал о возможности физического насилия. Стабилизировав дыхание доктор обошел Спока и тоже встал перед Кирком, в то время как вулканец пытался спокойно урезонить капитана.
-Капитан, полагаю будет полезно…
Кирк прищурился на Спока, и теперь весь его гнев обрушился на вулканца.
-Вы даже не можете правильно составить этот отчет, и вы думаете что мне нужен медицинский осмотр? Вот,- сказал он, бросив Споку все пленки,- заберите этот бред и исправьте к тому времени, когда я закончу с Маккоем в лазарете. Свободны.
Маккой застыл на месте, не уверенный правильно ли он расслышал. Кирк не споря согласился на осмотр?! Он захлопнул челюсть и собрался с духом, когда заметил, что Спок собирается уйти.
-Минутку, мистер Спок. У меня есть еще одна причина для того чтобы быть здесь. И я требую обсудить это пока мы с вами находимся в одной комнате.
Спок остановился у двери и его глаза опасливо уставились на Маккоя.
-Да, доктор?
Маккой поднял бровь и дождался пока вулканец снова не присоединится к ним. Кирк сел, и резким жестом предложил Маккою продолжать. Маккой не мог не поддаться искушению пронзительно уставиться на Кирка в ответ на его жест.
-Капитан, я не знаю что с вами происходит, но можете поставить свой последний кредит, что я собираюсь это узнать. Но я здесь для того чтобы обсуждать не ваше поведение, а то как оно влияет на вашу команду. Особенно меня беспокоит ваш первый офицер. Медосмотр, который я провел этим утром, показал…
-Доктор,- холодно прервал его Спок,- я не давал вам права обсуждать это с капитаном.
Маккой перехватил удивленный взгляд, который Кирк бросил на Спока. Это продолжалось всего секунду прежде чем карие глаза не встретились с его собственными. Нахмурившись он посмотрел на Спока, и не удивился, обнаружив в темных глубинах отблеск гнева.
-У меня есть право на все, когда это касается члена команды и его здоровья. Особенно когда это прямой результат стресса, причиной которого стал капитан.
-Доктор, Спок большой мальчик,- огрызнулся Кирк.- Мы не можем позволить себе расслабляться при патрулировании Нейтральной Зоны. Если Спок не может справиться напряжением, тогда ему стоит попросить о переводе.
-Джим! Черт возьми, что на вас нашло?- спросил Маккой, ошеломленный смыслом слов Кирка. Он уставился на капитана.- Вы даже не спросили…
Доктор остановился, пытаясь интерпретировать выражение глаз капитана.
-Вас даже не волнует что происходит со Споком?
Кирк повернул кресло, и несколько секунд внимательно разглядывал Спока. Маккой, стиснув челюсти, чтобы совладать с разочарованием, внимательно наблюдал за обоими. Гнев между ними был достаточно реален. Просто Спок скрывал свой собственный за беспристрастным выражением лица, которое доктор хорошо изучил за прошедшие годы. Капитан снова повернулся к Маккою; его лицо было замкнутым и суровым.
-Я жду, доктор.
-Ждете! На тот случай если вы забыли, я задал вам вопрос, на который вы еще не ответили.
Маккой скрестил руки на груди, давай Кирку понять, что он не собирается отступать. Он хотел получить объяснение неподобающего отсутствия у капитана интереса к здоровью Спока. Неожиданно в драку вступил сам вулканец.
-Интерес капитана неуместен. И если вы и дальше собираетесь об этом говорить, я уйду.
Прежде чем Маккой успел открыть рот, чтобы ответить, Кирк наклонился вперед.
-Вы никуда не уйдете, мистер Спок, пока я этого не прикажу. Доктор Маккой, вы не закончили свое сообщение относительно моего первого офицера. Пожалуйста, сделайте это, или уходите. Мое время слишком дорого.
-Дорого!- взорвался Маккой. Это была последняя капля, и для Кирка настало время столкнуться с некоторыми неприятными фактами, нравится это Споку или нет. Он повторил уже намного мягче.- Дорого. Вы должны благодарить своего первого офицера за то, что у вас вообще есть время. Если бы не его действия, вы были бы уже мертвы вместе со всем племенем Мирамани.
На уже и без того раздраженном лице Кирка отразилась реакция, и Маккой, заметив ее, еще больше погрузился в свою обличительную речь.
-Спок почти убил себя, пытаясь спасти вас от этого астероида, изматывая себя все пятьдесят девять дней. Он почти не ел и не спал, и потерял больше веса, чем мог себе позволить. А потом он следил за ремонтом корабля, пока вы были в отпуске на звездной базе и оправлялись от контузий и повреждений, которые получил на той планете.
Маккой остановился, вспомнив о своем проигранном споре с командованием Звездного флота о том, чтобы Кирк покинул корабль ради восстановления сил. Его просьбу отклонили, и капитан оставался там две недели, пока ?Энтерпрайз? снова не послали в патрулирование. Доктор внезапно прищурился. Поведение Кирка стало нетипичным после его возвращения со звездной базы.
-Да, доктор?- язвительно подтолкнул Кирк.
Практически чувствуя жар, исходящий от пронзительного взгляда вулканца, Маккой глубоко вздохнул.
-Спок падал от усталости, пока вы были там, он измотал свое тело далеко за допустимые для вулканцев пределы. Я потратил последние несколько дней, чтобы воссоздать его исчерпанные резервы, а потом…
-Доктор Маккой,- прервал его Спок,- есть ли в этом смысл?
-Дорогой мой мистер Спок,- ледяные синие глаза Маккоя спокойно выдержали холодный мрачный взгляд Спока,- если вы проинформировали капитана об специфических результатах вашего утреннего медосмотра, во что вы хотите заставить меня поверить, тогда в этом нет необходимости.
-Если вы помните,- начал Спок, но капитан отрезал его.
-Достаточно. Я читал отчеты, и в них не было никаких упоминаний об изнеможении моего первого офицера. Это утаивание от меня жизненно важной информации подвергает серьезной опасности нашу миссию. Прежде чем мы обсудим последствия этого для вас обоих, может быть кто-нибудь скажет мне что происходит?
-Джим, разве вы не видите, что вы творите? Вся команда катится к черту; вы не можете так безжалостно их подгонять.
-Подгонять людей – моя работа,- нетерпеливо огрызнулся Кирк.
-Но не так же. Вы никогда их так не гоняли. Вам невозможно угодить независимо от приложенных усилий и результатов. И ругать старших офицеров на виду у рядовых! Джим, я просмотрел журнал мостика и заметил, что Спок похоже на вершине вашего ударного списка. Вы доведете его до грани полного истощения.- Маккой вскинул руку.- Я не хочу смотреть на это, Джим, он к такому не готов. Он потерял три килограмма веса, который мы пытались ему вернуть. Время его реакции снизилось почти на пятнадцать процентов, а его химия…
-Доктор, прекратите. Вы оба забываете, что я вулканец и могу выносить более высокие уровни напряжения. Для беспокойства нет причин.
Спок приблизился к людям.
-Джим, если вы на это купитесь, то я…- начал Маккой, но пронзительный звук голоса Кирка заморозил обоих офицеров на месте.
-Я не собираюсь выслушивать офицера чье время реакции настолько низко, и того кто не сообщил мне об этом немедленно. Вы оба подлежите дисциплинарному взысканию за нарушение служебных обязанностей. Мистер Спок, вы немедленно отправитесь в лазарет и будете сотрудничать с Маккоем. Свободны.
Спок без колебаний по военному четко развернулся и вышел из офиса. Маккой остался на месте, заставляя себя снова начать дышать. Он помнил случаи в которых он думал, что никогда не окажется объектом непревзойденного гнева Кирка. И это был не тот опыт, который он стремился повторить, и все же он чувствовал, что должен пробиться к той части капитана, которая, как он знал, была его другом.
-Джим?
-Я думал вы уже ушли.
Чтобы смолчать Маккой стиснул зубы до скрипа. Он развернулся в халтурном подобии маневра Спока, и направился к выходу. Положив руку на открытую дверь, он попробовал еще раз.
-Черт возьми, Джим, я думал что ты мне доверяешь. Почему бы тебе не поговорить со мной? Ты… ты даже не понимаешь насколько я близок к тому, чтобы порекомендовать отстранить тебя от командования. Ради бога, скажи…
-Доктор Маккой, кажется у вас проблема с выполнением приказов. Я явлюсь в лазарет через час.- Кирк встал, его лицо было безжалостным.- И Маккой, никогда больше не угрожайте мне на моем корабле, если не хотите увидеть, как быстро вы можете отсюда вылететь.
-Джим…
Кирк щелкнул кнопкой на столе.
-Охрану в мою каюту.
Маккой уставился на Кирка неспособный скрыть потрясение, которое он почувствовал от действий капитана. Через секунду топот ног предупредил его, о поспешной реакции охраны. Доктор упрямо не двигался, вынуждая Кирка действовать.
-Лейтенант, проводите доктора Маккоя в лазарет.
Хоули был коренастым мужчиной средних лет, который пробыл на борту больше года. Он удивленно посмотрел сначала на Маккоя, потом на Кирка. Однако у него хватило ума не усомниться приказу.
-Есть, сэр.
На языке у Маккоя вертелся эпитет, и он ожесточенно старался не дать ему сорваться. Вместо этого он встретился со взглядом капитана, обращаясь к человечности Кирка. На него смотрели по зимнему ледяные глаза, а брови угрожающе поднялись. Дверь каюты скрыла облик капитана, оставив Маккоя с еще большим количеством вопросов. Тряхнув головой, изумленный и с тяжестью на душе, Маккой направился в лазарет с охранником на буксире.

-Спок, нравится вам это или нет, но вы проведете здесь следующие двадцать четыре часа в качестве моего гостя. Следуйте за сестрой Чепел, она покажет вам ваши новые апартаменты.
Проницательный взгляд Чепел сказал Маккою, что его попытка держаться в несерьезной манере была не совсем успешной. Он проследил как Спок последовал за нею, благодарный за то, что может уйти из-под неодобрительного взгляда вулканца. Даже если Спок и не был с этим согласен, отдых, лекарства, питательные вещества и жидкости, которые он получит за следующие несколько часов, вернут ему частичное здоровье и его служебные обязанности.
Маккой перекалибровывал диагностическую кровать на человеческие показатели, когда появился Кирк. Доктор коротко кивнул на кровать и продолжил свою работу. Капитан молча лег; выражение его лица было суровым.
Сравнение предварительных результатов сканирования с нормальными параметрами Кирка показало мало различия. Индикатор уровня стресса был выше, но не было никаких отклонений в ферментах, которые могли бы указать на причину эмоциональной неустойчивости. Внимание Маккоя привлек вспыхнувший индикатор уровня алкоголя, и он с недоверием уставился на него. То что капитан явился на медосмотр пусть даже и с минимальным количеством алкоголя в организме, подтверждало, что психологическая стабильность Кирка ухудшается. Одно из двух: либо Кирка не беспокоило то, что это пойдет в его отчет, либо… он хотел, чтобы так оно и было. Маккой нахмурился, и на мгновение задумчиво потянул себя за губу.
Более чем за час доктор провел полное медицинское тестирование, подвергнув испытанию и без того ограниченное терпение капитана, включив в осмотр еще несколько тестов, в попытке объяснить отклонения в поведении Кирка. Наконец Маккой вручил капитану полотенце, и взял второе, чтобы вытереть пот со лба. Дух товарищества, который они обычно разделяли между собой, сменился неясной напряженностью. Его пациент был необщителен, и на вопросы Маккоя отвечал короткими фразами. К тому же он отказался от глубокого психопрофиля, который был нужен Маккою. Это было его право, поскольку, как быстро заметил Кирк, пока у Маккоя не было доказательств отклонения от командной процедуры, официально доктор не мог этого приказать.
И все же. Оставив Кирка одеваться, Маккой приказал ему подождать его в его офисе под оговоркой обсуждения результатов медосмотра. Кирк нахмурился, но кивнул в ответ. Маккой отворачиваясь вздохнул, и задался вопросом, что же происходит с другом, которого он знал.
Доктор решил проверить первого офицера, который лежал на кровати с открытыми глазами.
-Цель этого состоит в том, чтобы немного отдохнуть. Но чтобы это сделать, Спок, вы должны закрыть глаза,- не мог не произнести Маккой.
Темные глаза переместились с потолка на него.
-Я отдыхал, доктор.
Маккой фыркнул, глядя как в вулканца вливается внутривенный раствор.
-Как скажете. Правда на самом деле я предлагал поспать, и чем больше вы этому будете противиться, тем дольше вы здесь пробудите. Я вас не выпущу пока не буду доволен вашими показателями,- мягко добавил он, а потом развернулся, и отправился в офис.
Кирк ждал его в дверях кабинета, наблюдая за приближением Маккоя с хмурым выражением лица. Доктор приготовился к саркастическому выпаду капитана из-за его задержки. Но вместо этого голос Кирка был мягок, и застиг Маккоя врасплох.
-Как мистер Спок? Полагаю он здесь.
-Да. Он там,- Маккой ткнул пальцем через плечо в направлении палаты Спока.
Взгляд Кирка проследовал за его пальцем.
-Боунз, он будет в порядке?
Маккой почувствовал толчок радости от того, что Кирк воспользовался его прозвищем. Возможно в конце концов еще есть надежда.
-Он нуждается только в отдыхе, Джим. Спок порой забывает, что его человеческая половина иногда не может держаться на уровне вулканской. Кризис прошлого месяца подтолкнул его даже дальше вулканских пределов выносливости.
-Если бы я знал, что он болен, я бы никогда…
Он прервался и помрачнел.
-Что? Что, Джим?
Капитан проигнорировал вопрос и шагнул вперед.
-Мне нужно его видеть.
Маккой покачал головой.
-Ключевое слово здесь – отдых, Джим. Никто не увидится с ним по меньшей мере еще двадцать четыре часа. И даже тогда все будет зависеть от его состояния..
На протяжении нескольких секунд доктору казалось, что он и в самом деле наладил контакт с капитаном, но после его слов карие глаза обратились к нему и в их глубинах зажегся гнев.
-Я устал от ваших обвинений. Ни вы, ни Спок не сообщили мне о его состоянии. Очевидно вы убрали рапорт о нем из журнала. После своего возвращения я проверил все записи, там ничего такого не упоминалось. И потому я вас предупреждаю: я приму меры.
Маккой почувствовал, как у него отвисает челюсть. Теплота нескольких последних секунд была полностью рассеяна угрозами Кирка и ледяным выражением его лица.
-Вы что, доктор Джекилл и мистер Хайд? Полный отчет есть в моих медицинских записях. Спок попросил меня не упоминать об этом в вашем журнале, если в этом не будет необходимости. Я бы вам сказал, если бы у вас хватило порядочности об этом спросить. Вы же этого не сделали. Всем, кто знает Спока, совершенно очевидно, что он не в порядке. Похоже теперь возникла необходимость уведомить вас об его состоянии.
-К вашему сведению, я спрашивал Спока как он себя чувствует как раз перед тем, как вы заявились в мою каюту. Я попросил его встретиться с вами. Ничто в нем не указывало, что что-то не так. Он…
Кирк прервался и посмотрел в направлении Спока. Тихий голос, контролируемый гнев, который демонстрировал Кирк, был прямой противоположностью со случаями несдержанных, неконтролируемых криков в последнее время. Маккой внимательно смотрел на Кирка и не дрогнул, когда капитан обернулся и впился в него взглядом.
-Вы злитесь на Спока за то, что он не сказал вам что болен,- спокойно констатировал доктор.
-Это вы сказали,- саркастически огрызнулся Кирк.- Вы оба умудрились подвергнуть серьезной опасности нашу миссию.
-Миссию,- повторил Маккой, мрачно глядя на капитана.- Единственная миссия, о которой я знаю – простое патрулирование Нейтральной Зоны.
-Я рад что по вашему мнению патрулирование ромуланской границы не является проблемой, доктор. Однако если бы я относился к этому как к простой миссии, то у вас было бы намного больше клиентов, чем вам бы того хотелось.- Ледяной сарказм пронизывал его голос.- У вас двадцать четыре часа. Посмотрим, что он мне скажет, когда освободится отсюда.
-Черт возьми, Джим, вы ни слова не слышали из того, что я сказал. Эта ваша чертова сверхурочная работа довела его до такого состояния. Одно я могу вам гарантировать: когда он вернется, то будет на облегченном режиме.- Маккой внимательно изучил его лицо в поисках хоть какого-то признака, что Джим Кирк все прекрасно понял. Вздохнув, он покачал головой.- Мы же не собираемся решать это здесь.
Он кивнул в сторону своего офиса, ожидая, что Кирк пройдет туда. Но капитан упрямо остался на том же самом месте.
-Вы уже получили то, что хотели. Без своего первого офицера я в трудном положении.
Маккой прищурил глаза.
-Это часть вашего медосмотра. И поверьте мне, ваше нежелание сотрудничать будет занесено в мой отчет. Чем дольше мы будем об этом спорить, тем больше времени это займет.- Доктор прислонился спиной к стене.- Не считая этого, капитан, я не вижу никаких тревожных сигналов. Кроме того, что звенит сейчас у меня в голове. Вы боитесь говорить со мной.
Этой реакции Маккой и ожидал. Кирк вскинул голову и расправил плечи.
-Боюсь, доктор?
Он развернулся и пронесся мимо Маккоя в его офис.

Прежде чем Маккой успел сесть в свое кресло, Кирк выпалил:
-Я не прочь выпить.
Не выказывая никакой реакции на подобную демонстрацию, Маккой задался вопросом, а не потребовал ли Кирк выпивки, специально игнорируя тот факт, что они собираются обсуждать его годность к командованию. Как бы он ни был близок к краю, Кирк либо не осознавал опасности, либо… Маккой позволил себе нахмуриться, пока он выходил из своего кабинета за бренди. А не потребовал ли Кирк выпивки нарочно? Он почти видел расчетливые действия капитана, подталкивающие его к желательному ответу. Но почему?
Маккой вручил Кирку маленький стакан с янтарной жидкостью, и сделал глоток из своего собственного стакана. Возможно совместная выпивка поможет. Бог знает, они достаточно часто делали это в прошлом.
Но вместо того чтобы смаковать напиток, капитан одолел бренди одним большим глотком. Он протянул стакан, и Маккой снова наполнил его, опять подавляя свое беспокойство.
-Ваш медосмотр не показал никаких существенных проблем. Есть признаки напряжения, вероятно вызванного недостатком сна и соответствующего питания. Это можно легко исправить. Проявление психических реакций изменилось: раздражительность, вспыльчивость, недоверие к людям, граничащее с паранойей…
-Маккой, это полная чушь. Я не параноидален, и ваш маленький цветовой тест в любом случае это бы не показал,- воинственно огрызнулся Кирк.
Маккой продолжил, удерживая взгляд капитана.
-Вы отказались от глубокого психологического тестирования, которое дало бы мне ключ к тому, как вам помочь. Я вас предупреждаю, в тот момент когда вы отклонитесь от командных инструкций, я прикажу провести психопрофиль и отстраню вас от командования, пока не получу удовлетворительных ответов. Это относится,- его взгляд опустился на почти пустой стакан с бренди на столе,- и к выпивке в рабочее время.
Кирк покачал головой.
-С каких это пор у вас с этим проблемы? Мы делали это достаточно часто. Если этой причины достаточно для того, чтобы прозондировать мою голову, тогда вашу тоже стоит проверить.
Он сделал последний глоток, и с вызовом наполнил свой стакан в третий раз. Маккой наблюдал за ним, кружа бренди в своем собственном стакане, прежде чем поставить его на стол перед собой. Вкус напитка внезапно показался ему кислым.
-Я не заявляюсь на свой медосмотр с уже высоким уровнем алкоголя в организме. Это тоже станет частью протокола.- Он сделал паузу, мрачно глядя на Кирка.- И вы прекрасно об этом знаете.
Вот оно, снова этот неуловимый ключ к разгадке, продолжающий кружиться прямо перед Маккоем. Задумавшись, он повторил бренди, и пошел его убирать. Стоя спиной к Кирку он произнес достаточно громким голосом, чтобы услышал капитан.
-Вы словно хотите, чтобы этот факт был в ваших записях.
Маккой пытался углядеть хоть какую-то реакцию на свое заявление в отражении стекла шкафчика, но ничего не было. Его предчувствие, что Кирк возможно разыгрывает какую-то нелепую комедию, вероятно происходило от нелогичной надежды, что на самом деле с его капитаном и другом все в порядке. Он запер шкафчик и с тяжелым вздохом вернулся к столу.
-А теперь, согласно регламенту моего отдела, я должен получить объяснение высокого показателя стресса, чтобы приложить к моему медицинскому рапорту. Вам ясны мои обязанности, капитан, сэр?
Кирк кивнул, издав преувеличенный вздох. Маккой откинулся на спинку стула, и скрестил руки, выжидая что скажет Кирк. После продолжительного молчания он поднял бровь.
-Если вам так хочется, мы можем просидеть здесь всю ночь. У меня есть все время вселенной. С другой стороны, полагаю вы человек занятой. Так что предлагаю вам начать говорить, если вы хотите выйти отсюда до рассвета.
Кирк прищурился.
-Что именно вы хотите услышать, доктор? Вы хотите чтобы я сказал вам, что причиной моего стресса является старший офицер по медицине со своим неповиновением?
Маккой тряхнул головой, неспособный скрыть свое раздражение. Он был почти благодарен, когда его перебил интерком. Это была Чепел, сообщившая о еще одном ранении в отделе службы безопасности, на этот раз о сломанной руке. Выслушивая действия, предпринятые его сотрудниками, он наблюдал за реакцией Кирка. Ничего. Кирк игнорировал его, не проявляя никакого интереса к здоровью члена команды. Маккой отключил связь.
-Количество телесных повреждений на этом корабле постоянно увеличивается, и к тому времени когда мы доберемся до Нейтральной зоны, вам некем будет командовать. За сегодня это третий случай.
-Вы и в этом меня обвиняете? Не хотите еще что-нибудь на меня повесить? Пока мы здесь, на Шрене III чума, а на Аллерсе голод.- Он уставился на Маккоя.- А вы хотите знать почему мой уровень стресса так высок?
Маккой спокойно встретился с ним взглядом, ругая себя за то, что позволил втянуть себя в состязание в остроумии. Он сделал паузу, обдумывая как пробиться через защиту Кирка. Он бросил мимолетный взгляд на стакан капитана. Тот был почти пуст. А капитан не проявлял никаких симптомов, хотя он выпил достаточно, чтобы опьянеть. Маккой поднял свой стакан и сделал глоток, решая немного выждать.
Кирк поднял свой напиток, остановил его в воздухе, и уставился на стакан. Глаза доктора расширились, когда капитан содрогнулся, и вернул бренди на стол. На краткий миг Маккой отчетливо уловил в карих глазах отвращение.
-Джим, в чем дело? Что случилось?
Повисла пауза, настолько долгая, что Маккой уже было решил, что капитан не намерен отвечать. А потом Кирк прошептал:
-Ненавижу это… Я…
Маккой застыл на месте. Что он ненавидел? Он быстро пробежался по списку, задаваясь вопросом о чем именно говорил Кирк: о выпивке, о своем поведении, о миссии, или о капитанстве. Ничто из этого казалось не соответствовало полной картине. Доктор понизил голос, пытаясь не изменить настроения Кирка.
-Вижу. Почему?
Едва заметное пожатие плеч Кирка. Его глаза, встретившись со взглядом Маккоя, молили о прощении, делясь историей горя и боли. Маккой обошел стол, и уселся на угол рядом с Кирком. Он коснулся его плеча.
-Джим, это был тяжелый месяц. Не хочешь об этом поговорить?
-О чем?
Доктор заколебался.
-Ну для начала о Мирамани. О времени, которое ты провел рядом с ней.
На лице Кирка вспыхнуло уязвленное выражение и исчезло. Маккой почувствовал, как у него свело внутренности. Нелогично, но он чувствовал некоторую ответственность за ее смерть и за боль Кирка.
-Джим, я хочу помочь. Позволь мне попробовать.
Он положил руку на плечо капитана, и на мгновение почувствовал, что Кирк поддается. А потом капитан резко отстранился от его прикосновения. Он неуклюже встал на ноги, и покачнулся лишь на миг.
-Это не имеет никакого отношения ни к моему медосмотру, ни к моей годности к командованию. Если у вас нет ничего, относящегося к этим двум пунктам, то предлагаю вам оставить меня в покое.
Маккою пришлось двигаться очень быстро, чтобы остановить стремительное продвижение Кирка к двери. Он с силой развернул капитана, и добавил в свой голос властного металла.
-Капитан, обсуждение смерти вашей жены и вашей скорби о ее потере, все имеет отношение к вашей годности. В своем рапорте я зарегистрировал теорию, что ваше необычное поведение вызвано печалью и…
Кирк ударил кулаком по стене едва не задев Маккоя.
-Прекратите! Я не стану…! Я не могу…!
Он остановился, и его лицо снова сморщилось от боли.
-Джим,- Маккой мягко сжал руку, за которую все еще держался.- Я не могу знать, что вы чувствуете. Я не был знаком с вашей женой. Но я знаю что я чувствовал, когда был вынужден отступить, позволив ей умереть. Я…
Взгляд Кирка сосредоточился на Маккое; его голос был напряжен.
-Вы могли ее спасти?
Маккой открыл было рот, но заколебался.
-Я не знаю. Был мизерный шанс, если бы мы транспортировали ее на борт. Но мы уже потеряли вашего сына, и не было ничего…
Лицо капитана побелело, и доктор схватил его за руку, опасаясь что Кирк близок к обмороку.
-Сын,- прошептал Кирк, и влага заблестела на его ресницах, когда он закрыл глаза.- Вы мне не говорили.
-Не говорил. Я не был уверен хотите ли вы это знать.- Его голос надломился.- Я не хотел сделать вам еще хуже.
Дыхание Кирка стало порывистым, и он открыл глаза, которые засверкали от гнева.
-Именно это вы и сделали.
Слова были тихими и беспристрастными, и, отметив этот факт, Маккой сконцентрировался на Кирке. Даже будучи пьяным, сердясь Кирк редко срывался на крик. Все прочие инциденты за последние несколько дней несли в себе нотку неискренности, словно какой-то спектакль. Но теперь он понял, что коснулся источника недовольства Кирка. А после следующих слов Кирка Маккой был неуверен, сможет ли он помочь капитану. Или самому себе.
-Будь ты проклят, Маккой! Ты всегда дурачился с чужими душами, словно ты бог. Я по прежнему вижу кошмары, в которых она просит меня спасти ее, но как только я до нее дотягиваюсь, она превращается в Эдит. Помнишь ее, Боунз?- Кирк схватил Маккоя за рубашку и притянул поближе.- Помнишь как твоя реакция вынудила меня встать перед фактом, что это именно я убил Эдит, сделал самое грязное дело из тысяч худших?
Маккой почувствовал, как от слов Кирка у него остановилось сердце. Не мог же капитан все это время таить свое негодование? Но прежде чем он попытался успокоить капитана, его вздернули и толкнули к стене.
-Каждый раз, когда я на этом корабле руководствовался своим долгом, вы заставляли меня страдать из-за принятых решений. Когда я смотрю в ваше лицо, все что я слышу: ваши обвинения в том, что я убил Эдит. А потом Мирамани… Когда я пытался следовать главной директиве и не изменять культуру больше, чем это уже случилось, вы спорили со мной, разрывали мне сердце. Иногда я думаю, что вам стоит забыть про меня.- Его лицо сморщилось, подавляя всхлип.- Сын. Черт возьми, Маккой! Просто держитесь от меня подальше.
Кирк развернулся и оказался за пределами офиса раньше, чем Маккой смог заставить свои трясущиеся ноги снова держать его. Он заставил себя двигаться, подковылял как старик к своему креслу, и резко рухнул в него. После нескольких успокаивающих вздохов доктор заставил себя отстраниться от собственного потрясения, пытаясь сосредоточиться на капитане и возможности того, что этот затаенный гнев и скорбь и были причиной его непривычного поведения.
Он пододвинулся к столу, готовясь зарегистрировать свои рекомендации, при этом тщательно подбирая слова. По его мнению Кирк должен был как можно скорее пройти психопрофиль, пока еще ничего не случилось. Но пока у него не было доказательств командных решений Кирка, у него были связаны руки. Капитан не примет на веру то, что он нуждается в обследовании. К тому же если капитан так относится к своему старшему офицеру по медицине, вероятно проводить этот тест должен не Маккой.
Доктор провел руками по волосам, и заметил, что руки все еще дрожат. Все что ему теперь оставалось: наблюдать, ждать и беспокоиться.

-Медицинский журнал ?Энтерпрайза?, звездная дата 5027.3. Записывает доктор Леонард Маккой.
Доктор бросил беглый взгляд на Спока. Двадцать четыре часа прошли, и вулканец демонстрировал незаурядное терпение, ожидая когда же его отпустят. Просьба Маккоя к Споку, чтобы он засвидетельствовал эту запись была встречена поднятой бровью вулканца. Теперь же, отказавшись сесть, Спок стоял по другую сторону стола доктора, скрестив руки. Маккой продолжил, тщательно подбирая слова.
-Я обеспокоен состоянием капитана Кирка. Он демонстрирует признаки нарастающего эмоционального напряжения и стресса. Я не вижу иной причины такого поведения капитана, кроме разве что того, что мы провели в патрулировании слишком много времени без отдыха. Он воспротивился всем моим попыткам проверить его психологический профиль. Коммандер Спок заверил меня, что уведомит меня о любом отклонении в процедуре командования. По моему мнению в настоящее время мы должны держать его под пристальным наблюдением.
Спок кивнул.
-Вы констатируете очевидное. Инструкции Звездного флота требуют, чтобы старшего офицера по медицине уведомляли обо всех отклонениях командных навыков в любое время. Однако я согласен с вашей оценкой.- Он изменил позу, опустив руки.- Есть что-нибудь еще?
Маккой проигнорировал его, зарегистрировал журнал, и встал.
-Нет. Я доставлю вас к капитану…
Спок попробовал перебить:
-В этом нет необходимости. Я…
Доктор шагнул к двери.
-Я хочу удостовериться, что он понимает, что такое облегченный режим. И предупреждаю Спок, я буду контролировать и вас тоже согласно графику, который я для вас составил. И если вы не хотите вернуться в лазарет, вы будете следовать ему буквально.
Спок не ответил на его угрозу. Со скучающим видом он вышел из лазарета. Его молчание расстраивало не намного меньше, чем холодность Кирка, чьи карие глаза с вызовом уставились на него, когда Маккой объяснил ему условия выписки Спока. Вулканец продолжал формально стоять перед столом Кирка, пока доктор занимался его спасением. Он чувствовал к вулканцу почти жалость, обнаружив в себе некоторое защитное желание убрать его подальше от когтей капитана.

В течение дня Маккой следил за корабельным журналом, и несколько раз заявился на мостик, чтобы все проконтролировать. Кирк не прокомментировал это, но доктору было очевидно, что его присутствие нежелательно. Не случилось ничего необычного, и фактически Кирк выглядел даже более спокойным, чем прежде.
Первая смена была почти закончена, и Спок провел на мостике почти пять часов. Маккой уже приготовился наведаться на мостик, дабы подбить Спока присоединиться к нему за ужином. Звук красной тревоги раздался едва он вышел из своего офиса. Чувствуя как внутренности свело в тугой узел, Маккой непроизвольно обернулся, чтобы проверить подготовку своего отдела к возможному поступлению раненых. Чепел уже раздавала назначения персоналу, прибывшему в ответ на тревогу. Она подняла взволнованные глаза, когда он приблизился. Всегда было трудно находиться здесь в неведении, не зная точно что же случилось.
Убедившись в готовности своего отдела, Маккой направился на мостик, и был почти там, когда получил приказ явиться в комнату совещаний. Он изменил направление турболифта, чувствуя, что напряжение поднялось еще на один уровень. Скотт оказался на месте раньше него. Доктор скользнул в кресло рядом с мрачным инженером.
-Что случилось?
Шотландский акцент от гнева стал еще более заметен.
-Мы в Нейтральной зоне и окружены ромуланцами. Они требуют, чтобы мы сдались. Капитан…
Кирк шагнул в конференц зал вместе со Споком. Оказавшись внутри, вулканец остался у двери. А капитан начал мерить шагами комнату. Его бурлящая энергия все еще не давала ему усидеть на месте.
-Итак, Спок. У вас была теория почему сенсоры не уловили присутствия кораблей ромулан, пока они не оказались прямо перед нами.
-Полагаю ромуланцы усовершенствовали систему маскировки, которая сделала бесполезными наши сенсоры. Вы видели, капитан, что все три корабля смоделированы под клингонские крейсеры. Такое радикальное изменение дизайна кораблей крайне дорого, и клингонские крейсеры не обладают никакими преимуществами перед известными нам ромуланскими моделями – разве что они легко адаптируются под некоторого рода новое экранирующее устройство.
-Если это так, ромуланцы могут напасть на территорию Федерации незамеченными, и прежде чем планета или корабль смогут перейти к обороне.
-Нас они застали врасплох,- сказал инженер.
Капитан немедленно атаковал Скотта.
-Великолепное наблюдение, мистер Скотт. У вас есть еще какие-нибудь полезные советы?
Казалось Скотт на мгновение впал в замешательство, а потом пожал плечами.
-У нас осталось не так много выходов…
-Их три. Мы можем сражаться, и погибнуть. Мы можем сами уничтожить ?Энтерпрайз?, чтобы он не попал в руки ромуланцев. Либо… мы можем сдаться.- Кирк не дал никому шанса отреагировать.- Но мы можем узнать как работает это новое устройство маскировки. Федерация должна получить эту информацию. Мнения?
-Шансы против того, что мы что-нибудь обнаружим,- сказал Скотт.- А если ?Энтерпрайз? захватят ромуланцы, они узнают все, что можно узнать о звездолетах.
-Спок?- спросил Кирк.
Маккой внимательно высматривал признаки неустойчивости Кирка, и все же не увидел ничего, что указывало бы на какие-либо отклонения. Не считая того, что действия капитана были решительными и профессиональными. Он проследил, как Спок словно кот пересек комнату, и остановился прямо перед капитаном.
-Если бы мы не пересекли Нейтральную зону по вашему приказу,- холодно и сдержанно произнес Спок,- теперь у вас бы не было нужды в наших советах, чтобы поддержать решение, которое не должно было случиться.
Доктор выпрямился.
-Джим! Вы приказали? У вас не было на это полномочий!
Капитан и первый офицер по прежнему стояли лицом друг к другу. Кирк рявкнул.
-Вы свободны, доктор.
И хотя Спок бросил Кирку вызов, не было никакого признака, что первый офицер собирается потребовать от Маккоя поддержать его сомнения в годности капитана к командованию. Доктор наклонился вперед.
-Джим…
-Я сказал свободны!
Приказ не мог быть отклонен. Маккой вскочил и двинулся к двери прежде, чем умерло эхо. Сердитым коротким шагом доктор вернулся в свой офис, игнорируя вопрошающие взгляды своего персонала. Совещание было засекреченным, и потому он не мог подключиться к обсуждению. Доктор извлек записи с мостика за последние часы, и просмотрел действия Кирка за несколько минут до того, как он приказал им направиться к Нейтральной зоне. За несколько минут он обругал Ухуру, Сулу, Спока одного за другим, и все же, направляя корабль, Кирк, казалось, полностью себя контролировал. Черт возьми, да что же происходит?

Доктор потратил почти двадцать минут на просмотр пленок, пытаясь найти ключ, который он упустил. Наконец расстроенный Маккой выглянул из окна, заметив, что его сотрудники нервно заглядывают в его офис. Он тяжело вздохнул. Они ждали ответов, которых у него не было. Маккой неохотно поднялся, но снова быстро сел, когда раздался свист интеркома.
-Доктор Маккой,- профессионально и отстраненно произнесла Ухура,- мистер Скотт предложил проинформировать вас, что капитан Кирк и мистер Спок добровольно транспортировались на борт ромуланского флагмана в обмен на двух ромуланских офицеров. Мы будем держать вас в курсе.
Прежде чем она его отключила, Маккой спросил:
-Я нужен вам на мостике?
Повисла пауза, а затем на мгновение мертвая тишина.
-Нет. Мистер Скотт просит вас оставаться в лазарете в аварийном статусе.
Маккой кивнул.
-Хорошо, лейтенант.
Он сел на миг прикрыв глаза, не позволяя себе думать об опасности, в которую угодили оба его друга. Ситуация становилась все более мрачной. Было мало надежды на их возвращение невредимыми, или даже живыми. Возможно для Джима Кирка лучше было бы не возвращаться. Здесь на него навесят клеймо предателя, и будут считать ответственным за то, что он подверг опасности экипаж. Даже если они сумеют выбраться отсюда живыми. Маккой застонал. Если кому-нибудь из членов команды будет причинен вред, ему придется винить в этом только самого себя. Он один как старший офицер по медицине, отвечал за обеспечение психического здоровья капитана.
Маккой быстро провел релаксационный комплекс упражнений, расслабляя напряженные плечи и предупреждая головную боль, которую он начал чувствовать в висках. Он встал, натянул на себя профессиональную мантию, и отправился, чтобы поставить своих сотрудников перед лицом неприятных фактов. Они имели право знать.

После двух запросов на мостик по прежнему не было никакой информации о том, что случилось с Кирком и Споком. По крайней мере корабли оставались на месте, и никто друг в друга не стрелял. Потом Ухура передала сообщение ромуланского командующего, и Маккой и Чепел выслушали его с недоверием.
-?Энтерпрайз?, внимание. Это ромуланский флагман. USS ?Энтерпрайз? под командованием капитана Кирка официально обвиняется в шпионаже. Показания коммандера Спока сыграли важную роль в подтверждении того, что вторжение в ромуланское пространство не было случайным. За это ответственен исключительно капитан Кирк. Кроме того, Спок сообщил, что ни командование Звездного флота, ни Совет Федерации не приказывали вашему судну появляться здесь. Поскольку у команды не было выбора кроме как повиноваться приказам, команда не будет считаться ответственной за это. Поэтому я приказываю инженеру Скотту следовать за ромуланским флагманом к нашей базе. Там вас передадут командованию Федерации. До суда капитан Кирк будет содержаться под арестом.
В мертвой тишине он услышал, как Чепел порывисто вздохнула.
-Это не может быть правдой. Спок никогда бы не предал капитана. Я не понимаю.
Маккой потер глаза; в висках начинало стучать несмотря на его усилия сопротивляться этому.
-Я сам ничего не понимаю. Но сейчас все звучит так, словно Спок заключил сделку: наши жизни против жизни Джима.
-Как он мог так поступить? Капитан его друг,- сердито возразила Чепел.
-Спок логичный человек. Он изучил проблему со всех сторон, и выбрал самый целесообразный курс, игнорируя эмоциональные посылы.
Чепел нахмурилась, но подавила свою реакцию, когда в лазарете появился рядовой из инженерного с обожженной рукой. Почти с благодарностью они оба переключили свое внимание на незадачливого техника. Маккой пожурил его за пренебрежение мерами предосторожности. Они почти закончили со своей работой, когда интерком засвистел снова. Доктор раздраженно вручил Чепел герметик, и переключился на частный канал, чтобы ответить на вызов. Это опять была Ухура.
-Доктор, вы должны немедленно транспортироваться на борт ромуланского флагмана. Там раненый!
Маккой почувствовал напряжение в животе. Ромуланское судно? Он доктор, а не…
-Я не принимаю вызовы на дом,- огрызнулся он.
Волнение Ухуры внезапно стало отчетливым.
-Доктор, это капитан Кирк.
Маккой отключил интерком. Его колени уже начали дрожать. Как только она его вызвала, он понял, что один из его командиров ранен. Чепел подошла к нему с вопросом на лице.
-Доктор? Вы в порядке? Вы выглядите несколько бледным.
?Да?, подумал Маккой, ?как трус. Я боюсь смерти?. Но вместо этого он прислонился к стене, стараясь взять под контроль дыхание.
-Дайте мне трикодер и аптечку. Я понадобился на борту ромуланского судна.
Сестра достала то, что он потребовал и молча стояла, пока он их надевал. Когда он повернулся, чтобы выйти, она остановила его, прикоснувшись к его руке.
-Я пойду с вами.
Маккой через силу улыбнулся в ответ на ее поддержку, задаваясь вопросом, а смог бы он принять такое предложение, повернись все по другому.
-Не думаю, что вас тоже приглашали, но все равно спасибо.
Через несколько минут доктор в одиночестве транспортировался на борт ромуланского судна. Не давая ему шанса осмотреться в тесной транспортаторной, два высоких худощавых инопланетянина помахивая оружием выставили его в коридор. Они двигались быстро, и Маккою, вспомнившему о часто повторяемых инструкциях капитана Кирка замечать любые детали, когда оказываешься в недружелюбных руках, было трудно вспомнить проделанные ими многочисленные изгибы и повороты. Снаружи ромуланское судно казалось намного меньше.
Они неожиданно очутились в тюремной зоне, и одного вида Кирка было достаточно, чтобы Маккой стремглав бросился к камере. Он был вынужден нетерпеливо ждать, пока охранники опустят барьер. Его впустили, и тотчас же снова подняли барьер, заперев Маккоя внутри.
Капитан лежал на полу, периодически вздрагивая. Как только подтвердилось, что переломов нет, доктор помог Кирку подняться, и сесть на стол. Определенные признаки неврологического повреждения были очевидны из-за слабости, которую демонстрировал капитан в правой стороне тела. Устранить это было достаточно легко, и Маккой больше волновался об отсутствии у Кирка сопротивления на его подталкивания, когда он усаживал его на стол. Фактически полностью отсутствовали сознательные движения и речь. Кирк вообще не осознавал его присутствия. Вспомнив об охраннике, Маккой крикнул:
-Он поправится, но ему нужен медицинский уход. Сообщите своему начальству.
Охранник что-то проворчал, но Маккой почувствовал облегчение, когда он повернулся, чтобы что-то произнести в настенный интерком. Схватив Кирка за плечо, доктор спросил:
-Джим! Что случилось? Где Спок?
В ответ его взгляд метнулся по комнате. Раздалось невразумительное бормотание, когда он безуспешно попытался заговорить. Благодарный за то, что ему разрешили взять с собой аптечку, Маккой вытащил оттуда гиппо, решив попытаться нейтрализовать нейрологическое повреждение на месте. Без оборудования постоянного контроля в лазарете ?Энтерпрайза? это было опасно.
Возможно Кирк и был ослаблен, но доктор быстро обнаружил, что у капитана достаточно сил, чтобы застать его врасплох. Прежде чем он смог вести лекарство, Кирк железной хваткой перехватила его руку в воздухе. Вздрогнув доктор обнаружил, что карие глаза смотрят прямо на него.
-Нет, я не позволю вам меня отравить!
-Джим,- попробовал спокойно урезонить его Маккой, игнорируя колотящееся сердце,- я пытаюсь вам помочь.
Кирк тряхнул головой, и его рука мучительно сжалась на руке Маккоя.
-Сначала Спок повернулся против меня, а теперь и вы. Я…
Он прервался, и отпустил руку доктора, когда поблизости прозвучали приближающиеся шаги. Вошел командир ромулан. Маккой настороженно уставился на нее, но его глаза расширились, когда следом за ней в камеру вошел Спок.
-Вы доктор?- потребовала коммандер.
Доктор кивнул, неспособный отвести взгляд от Спока.
-Маккой, старший офицер по медицине.
-Состояние капитана Кирка?
Ромуланка бросила на Кирка короткий взгляд, потом снова уставилась на Маккоя. Доктор задумался, каким же курсом ему следовать. Спок не дал ему никаких намеков, а Джим был не в том состоянии, чтобы ему помочь. Кирк нуждался в медицинском уходе на ?Энтерпрайзе?, и единственным способом доставить его туда известным Маккою, было выставить ситуацию в довольно мрачном свете.
-Вы сами видите, он психически подавлен,- начал Маккой, бросая для подтверждения еще один короткий взгляд на Спока. Вулканец не продемонстрировал никакой реакции ни на его слова, ни на состояние капитана. Доктор продолжил объяснение.- Он физически слаб, дезориентирован, переполнен чувством преследования и возмущения.
Блестящие карие глаза коммандера сверлили его.
-Значит по вашим собственным стандартам нормальности этот человек не вполне компетентен?
Маккой поежился от этих слов, совсем не желая встретиться с направленным на него взглядом Спока.
-Да, не теперь.
-Мистер Спок заявил, что он уверен, что у капитана не было ни полномочий, ни приказа пересекать Нейтральную зону. Могла ли эта психическая несостоятельность стать причиной его действий?
Казалось она знала ответ до того как его дал Маккой.
-Да, возможно.
Маккой беззвучно выругался. Спок не помогал ему, продолжая молча стоять рядом с коммандером. Доктор не знал, не делает ли он только хуже, говоря правду. Все что он знал, он должен помочь Кирку. Доктор посмотрел на капитана, который все еще сидел сгорбившись на краю стола с остекленевшим взглядом. Казалось он не осознает этого разговора. На лице командора расцвело торжествующее выражение.
-Мистер Спок,- сказала она, и ее длинные черные волосы взметнулись на плечах, когда она повернулась к вулканцу.- Доктор подтвердил ваши показания о психическом состоянии вашего капитана. Он не пригоден к командованию ?Энтерпрайзом?. Теперь эта обязанность падает на вас. Вы готовы осуществить эту функцию?
Маккой напрягся, когда Спок без колебания ответил:
-Я готов.
Все беспокойство и страх внезапно переросли в безудержный гнев. Доктор и не пытался умерить его. А почему он должен? Их положение только что из плохого стало еще хуже.
-Спок, поверить не могу. Не существует такой цены, которую вы можете заплатить за предательство!
-Этот вопрос не открыт для обсуждения.
Голос Спока был безжизненным. Маккой почувствовал как его ярость поднялась на еще одну отметку.
-Что вы имеете в виду что вопрос не открыт для обсуждений…
-Достаточно, доктор.- Рявкнула ромуланский коммандер, и ее интонация фактически остановила Маккоя на середине тирады.- Ваша обязанность как врача спасать жизни. Обязанность мистера Спока отвести ?Энтерпрайз? и его команду в безопасную зону.
Спок согласился с ней.
-Альтернативы нет, доктор. Безопасность ?Энтерпрайза? прежде всего. Противиться дальнейшему – ошибочная лояльность…
На несколько мгновений Маккой забыл про своего пациента, который, назло его ранним предположениям, очевидно слышал каждое слово. Кирк ринулся к своему первому офицеру.
-Ты предатель! Я убью тебя.- Он схватил Спока за горло и его лицо исказилось от гнева.- Я тебя убью!
Спок отреагировал стремительно, с осторожной точностью положив пальцы на лицо Кирка. Капитан тотчас же застыл на месте, его лицо скривилось от боли. Он застонал. Неестественная жесткость его тела вызвала холодок опасения по спине врача. Маккой, опасаясь после всего что случилось, что он уже опоздал, двинулся, чтобы выхватить Кирка из рук Спока, когда тот опустил его на пол. Вулканец отступил и встал рядом с коммандером, а Кирк остался лежать у их ног. Маккой опустился на колени.
-Что вы сделали?- Он немедленно приступил к осмотру. Когда доктор снова обратился к Споку, его голос дрожал.- Что вы сделали?
Спок с безразличием скрестил руки за спиной, и пояснил:
-Я был не готов к его атаке, и инстинктивно использовал вулканский смертельный захват.
-У вас по прежнему хорошие инстинкты, мистер Спок. Капитан мертв.
После этих слов Маккой почувствовал, как умерла его надежда. Теперь они все мертвецы. Если Спок продался ромуланцам, фактически он вручил их всех в руки врага. Доктор неудержимо трясущимися руками убрал сканер. Внезапно ромуланский центурион отпихнул его с дороги, и потащил безжизненное тело капитана Кирка из камеры. Маккой вскочил на ноги, чтобы последовать за ним, и грубым ударом руки второго охранника был отброшен к кровати. Маккой выпрямился, вытерев с губы струйку крови.
-Куда вы его забираете?- потребовал он, умудряясь уставиться одновременно и на коммандера, и на Спока, который даже не отодвинулся от нее.
Как бы трудно ни было в это поверить, но доктор понял, что не может ждать от Спока никакой помощи. За несколько минут верный офицер, которого знал и уважал Маккой, стал врагом, убийцей его друга и командира. Коммандер развернулась к выходу, и отдала приказ центуриону, который ударил Маккоя.
-Отведите доктора к капитану. Как только его смерть будет подтверждена, верните их обоих на ?Энтерпрайз?.
Спок проследовал за ромуланкой, ни слова не сказав Маккою. Как только они вышли, дюжий охранник толкнул Маккоя к двери, прорычав что-то невразумительное. Доктор покорно пошел в том направлении, в котором подтолкнул его охранник, едва ощущая окружение. События, приведшие к этому кошмару, можно было предотвратить. Если бы только… Если бы только он остановил капитана прежде чем он пересек Нейтральную зону… И здесь, зачем он спорил со Споком на глазах у Кирка. Он должен был рискнуть и ввести успокоительное… да что угодно, и тогда Джим был бы жив.
А Спок. Предатель? Мог ли он все эти годы быть ромуланским шпионом? Маккой покачал головой. Просто невообразимо, чтобы Спок мог обманывать его все это время. Его уникальная генетическая структура не могла быть фальшивой. И все же, даже если он точно был вулканцем, исключало ли это, что он мог быть заслан ромуланцами? Маккой застонал. Он не мог поверить в то, что Спок притворялся на протяжении стольких месяцев. Он видел как вулканец неоднократно рисковал своей жизнью ради капитана и команды. И все же факт оставался фактом: он только что стал свидетелем того как Спок голыми руками убил Джима Кирка.
Охранник ромуланец остановил его, жестом предлагая пройти через дверь. Войдя в маленькую комнату, в которой был лишь один стул в центре и трое крупных ромуланцев, Маккой с замешательством осмотрелся. Кирка здесь не было, и к тому же это место не напоминало станцию целителя. Охранник указал на стул, и снова что-то прорычал на своем языке. Маккой попытался отступить к двери.
-Где капитан Кирк?
Ромуланец рядом со стулом обнажил зубы и произнес на ломанном стандарте:
-Ты сядь здесь.
Сделав вдох, Маккой двинулся к стулу, понимая, что ему предоставили выбор сесть туда по собственной воле или быть водворенным туда силой. Как только он занял место, вокруг его запястий, лодыжек, и головы сомкнулись ограничители. Тугие обручи впились в его кожу. Волна холодного пота прокатилась по Маккою, сделав путы обжигающе горячими.
Его повторное требование отпустить его было проигнорировано. После нескольких минут ожидания двери открылись, и Маккой поднял глаза надеясь, что это будет Спок. Нет, это была ромуланский коммандер. Она безмятежно кивнула ему, но обратилась к одному из охранников, стоявших за его спиной.
-Можете начинать, Рат.- Коммандер перевела взгляд темных глаз на него.- Перед тем как капитан Кирк был убит, он и первый офицер признались в существовании некоторых невысказанных истин. Я должна узнать, что это за истины. Рат – целитель. Он войдет в ваше сознание и отыщет их.
Прежде чем Маккой смог возразить, взрыв пламени расколол его сознание. Огонь распространялся от одного участка к другому. Он чувствовал прикосновение целителя, ищущего и уничтожающего часть за частью все рациональные мысли. Он кричал, отстранялся, но был неспособен избежать безжалостного контакта.
Огненный поиск продолжался, пока он не утратил чувство времени. Он не осознавал, что кричит, пока не потерял голос. Наконец ментальное прикосновение изменилось, и огонь начал отступать, вызывая онемение, заменившее его самые сокровенные мысли. А потом все исчезло в черноте. Черноте, освещенной огнями безумия на горизонте. В конце концов она поглотила и его.

Пробуждение наступало медленными вспышками понимания. Движение и свет. Его руки, вытянутые над головой, болели. Он поднял голову; от непрерывного движения к горлу подкатила тошнота. Двое мужчин в форме с шлемами, скрывающими большую часть их лиц, тащили его по длинному коридору. Доктору хватило нескольких секунд, чтобы вспомнить, что он на ромуланском флагмане. Мысли были вялыми, а сознание мутилось от замешательства. Что-то случилось… Живот Маккоя свело судорогой, вынудив его с трудом сглотнуть очередную волну тошноты.
-Джим… Спок?- хрипло окликнул он.
Как только он попытался подтащить под себя ноги, охранники остановились, и опустили его на пол. Маккой поднялся на колени, смутно узнав комнату транспортации. Потирая пульсирующие виски, доктор закрыл глаза, борясь с тошнотой. Отсрочка была короткой, и снова была нарушена звуком открывающихся дверей. Маккой напрягся, когда в комнату вошла ромуланский коммандер. Она… Страх скрутил его внутренности, но почему? Голова пульсировала слишком сильно, чтобы заставить себя думать, и доктор с трудом сдержал стон. Он не позволит этим ублюдкам увидеть себя сломленным.
Спок, шедший следом за ней, запнулся, когда заметил доктора, изо всех сил пытающегося встать. Вулканец поспешно приблизился к нему, помогая ему подняться на ноги. Доктор с благодарностью положился на его силу.
-Что случилось?- рассерженно произнес Спок.
Доктор нахмурился.
-Не могу вспомнить. Спок… где Джим?
Сильные руки продолжали поддерживать его, подталкивая к платформе транспортера.
-Коммандер,- сурово обратился к ромуланке Спок,- Маккой врач. Ему нельзя было причинять вред.
Ответ коммандера был снисходительным.
-Люди так слабы. Спок, я удивлена, что вы так долго оставались с ними. Доктор Маккой потерял сознание и ударился головой. Мы ничего ему не делали.
Маккой вздрогнул от звука ее голоса. Он на мгновение пошатнулся, прежде чем восстановил равновесие. Тонкие пальцы коснулись его лица, и Маккой испуганно отпрянул. Через туман в мыслях он видел горячие сухие пальцы, силой вошедшие в его разум, оставляющие при прикосновении обжигающий след. Перед ним открылась внезапная пустота.
-Не надо!- рванулся он.
Их прервало прибытие двух центурионов, несущих тело капитана. Маккой в ужасе уставился на Кирка, неспособный двинуться, когда обмякшее тело положили рядом с ним на платформу транспортера. Он освободился от поддерживающей хватки вулканца, и опустился на колени рядом с Кирком, когда его захлестнули воспоминания о том, как хладнокровно Спок убил Кирка. Спок сошел с платформы.
-Доктор, вы завершите все необходимые тесты с телом согласно инструкциям Звездного флота. Не забудьте включить туда и тест нейрофизиостимулятора. Его нужно провести немедленно.
Маккой враждебно уставился на вулканца, едва слыша его слова.
-Я знаю свои обязанности, Спок. И я надеюсь, что вы вспомните о своих пока еще есть время.

Очутившись на борту ?Энтерпрайза? Маккой сопровождал в лазарет носилки с телом Кирка, когда до него впервые дошли распоряжения Спока. Мертвому человеку не нужна была проверка физиостимулятором. Спок знал это, так почему же он отдал такой приказ? Доктор остановился широко раскрыв глаза, неспособный подавить внезапную вспышку надежды. Эта процедура использовалась для того, чтобы вывести пациента из комы или получить отклик от нервных синапсов. Возможно ли что Спок пытался сказать ему, что Джим еще жив? Отдышавшись Маккой заставил пораженного техника ускорить темп. Спок сказал немедленно, и если он прав, у капитана оставалось не так-то много времени.
Он приказал разместить Кирка в боксе изолятора, и попросил всех уйти. Уважая его потребность в уединении, никто не усомнился в его требовании. Маккой включил мониторы, и его надежда резко угасла, когда на них не появилось никаких признаков жизни. Достав нейростимулятор, Маккой воздействовал им на основные системы организма. Безрезультатно. Он переключился на физиостимулятор, и ощутил отчаяние, когда не появилось никаких признаков жизни.
Что же пытался сказать ему Спок? Он определенно требовал провести ненужную процедуру. Внезапно он вспомнил точное расположение пальцев Спока на лице Кирка, когда тот умер. Спок назвал это смертельным вулканским захватом, но доктор никогда о таком не слышал. Мог ли он сделать что-то с сознанием Кирка? Что-то вроде транса, очень глубокого транса?
Маккой уставился на капитана. Если это транс, физиостимулятор должен сработать. Если только капитана не продержали на борту ромуланского корабля дольше, чем было допустимо. Он мог зайти слишком далеко, чтобы отреагировать на что-либо.
Если это так, они рискуют потерять его в следующие несколько минут. Маккой отрегулировал управление кровати, чтобы быстро вернуть температуру тела Кирка до нормального уровня. Дожидаясь этого момента доктор быстро просмотрел по компьютеру информацию о методах возвращения вулканцев из глубокого транса. Раздосадованный своей неспособностью сконцентрироваться и борясь с головной болью, Маккой уже подумывал о том, чтобы позвать на помощь Чепел. Но Маккой понимал, что если он не прав и Кирк действительно мертв, у него не хватит духу заставить ее или еще кого-нибудь из персонала снова столкнуться с этой горечью.
Ничего. Доктор выругался. Объем содержащейся в компьютере информации о вулканцах и их здоровье требовал стакана бренди. Он шагнул к Кирку. Температура тела была почти нормальной. Подняв физиостимулятор, Маккой включил его на самый высокий уровень воздействия и поднес нейро- и физиостимулятор к основанию шеи Кирка.
Одна минута. Две. Через три минуты Маккой убрал их. Его грудь сдавило от отчаяния. Он надеялся доказать, что Спок не предатель. Доказать что Кирк жив. Точки поплыли перед его глазами и зрение смазалось. Боясь потерять сознание Маккой изо всех сил старался устоять на трясущихся ногах. Доктор боролся с этим странным приступом, держась за кровать, когда у него перед глазами замелькали туманные воспоминания о том, что случилось на борту ромуланского корабля. Его попыткам вспомнить мешало чувство страха, порождающее боль в голове вместе с ознобом, пробегающем по его телу.
Сердцебиение. Маккой поднял лицо и недоверчиво уставился на монитор. Экран показал одно отчетливое сокращение сердца, а затем полностью очистился. Робко улыбнувшись доктор мягко коснулся щеки Кирка.
-Слава богу, Джим, ты все еще жив.
Введя Кирку слабый стимулятор, Маккой понял, что теперь ему нужно быть терпеливым. Он посмотрел на свои трясущиеся руки. Смертельная слабость, расползшаяся по его организму как пароксизм прошла, и его волнение улеглось. Слегка пошатываясь, потому что колени грозили под ним подогнуться, он направился к умывальнику, чтобы ополоснуть лицо. Схватившись за раковину доктор мрачно посмотрел на свои трясущиеся руки. На ромуланском корабле с ним не случилось ничего такого, так почему же он чувствует себя так, словно прошел через огонь?
Маккой перевел взгляд на Кирка, зная что времени очень мало и жизнь капитана зависит от его теперешних действий, а не через пять минут. У него не было времени на то чтобы справиться ни с потрясением, ни с мыслями, которые казалось работали медленнее обычного.
Быстро скользнув в свой офис Маккой открыл аптечку и ввел себе в руку стимулятор. Он уже направлялся обратно к изолятору с новыми силами, когда услышал крик Чепел. Чепел за долгие месяцы доказала свои умения и профессионализм, и Маккой впервые видел ее в панике. Она выбежала из комнаты Кирка.
-Доктор Маккой, он жив. Я видела он жив.
-Кажется я приказал никому сюда не входить.
Чепел уставилась на него, но ее взгляд снова вернулся к Кирку.
-Я беспокоилась о вас. Вы не очень хорошо выглядели…- Она смолкла.- Доктор он жив!
Маккой кивнул.
-Что ж, раз теперь вы все знаете, вы можете мне помочь. Дайте мне физиостимулятор.
Потребовалось целых пять минут прежде чем Кирк начал демонстрировать признаки восстановления сознания. В этот момент эмоции доктора от восторга от того что Кирк жив, сменились на яростный гнев на капитана и Спока не только за то, что они заставили его и команду пройти через такое мучение, но и за то, что рисковали своими жизнями. Усмирение горячих угольков гнева потребовало максимального контроля, когда Маккой увидел, как Кирк открыл глаза и застонал.
При виде склонившихся над ним Чепел и Маккоя, капитан тотчас же расслабился. Ухмыльнувшись, Кирк бессознательно затушил пожар гнева, который сам Маккой был неспособен подчинить себе полностью.
-Я чувствую себя так словно мне свернули шею.
Кирк сел потирая свою шею.
-Это смертельный вулканский захват.
Очевидно он умудрился выдержать нужную нотку легкомысленности, потому что ни Чепел, ни Кирк на это не отреагировали. Маккой глубоко вздохнул. Стимулятор действовал, но он чувствовал себя почти пьяным. Быстро меняющиеся ощущения заставляли его чувствовать себя так, словно он двигался по виртуальному миру с высокой скоростью. Чепел произнесла:
-Вулканского смертельного захвата не существует.
Кирк метнул взгляд на Маккоя, отчего у доктора начали потеть руки.
-Да, но ромуланцы об этом не знают. И это безусловно одурачило их врачей.
-Вам повезло, что они не стали делать вскрытие.
Маккой позволил вспыхнуть частичке своего гнева. Кирк опустил взгляд, а потом вытянул шею и посмотрел на Чепел.
-Что же касается команды, для них я по-прежнему мертв.
-Почему?- поинтересовался Маккой прежде чем смогла ответить Чепел.
Кирк обернулся, вздрогнув от движения.
-Весь этот маскарад был задуман для того, чтобы снять с крючка ?Энтерпрайз? и Федерацию.
-Так что если бы что-то пошло не так, все бы свалили на вас,- Маккой покачал головой, наконец поняв, что все инциденты произошедшие за время этой миссии были всего лишь маскарадом.- Обвинили бы вас одного.
Кирк кивнул.
-Как вы можете видеть, крайне важно чтобы никто не знал о том, что я жив. Спок все еще там, и мы должны вытащить его оттуда и завершить миссию. Вы понимаете, Кристина?
-Да, сэр.
Маккой выслушал, как Кирк обрисовал свои дальнейшие действия и роль доктора во всем этом. Он послал Чепел собрать все необходимое, что позволило бы капитану вернуться на инопланетный корабль замаскировавшись под ромуланца. Он оттолкнул свое раздражение на то, что Кирк так и не объяснил для чего ему нужно возвращаться. Как только они остались одни, Кирк схватил Маккоя за руку.
-Извини, Боунз. Я не хотел делать тебе больно. Но ты был ключом к доказательству, что я переступил грань. Без тебя и твоих медицинских отчетов это бы не сработало.
-Кажется я понимаю. Но почему ты мне не доверился? Я бы помог.
-Я… я не был уверен как далеко все это зайдет. Если бы тебя подвергли допросу, не имея должного обучения ты бы мог сломаться и сказать правду. Мне было нужно, чтобы ты действительно верил в то, что я не вполне нормален.
-Это не сработало. Я…- Маккой остановился.
Усик пламени проник в его мысли и на мгновение Маккой вспомнил стул, ромуланского целителя… разрывающую боль..
-Боунз!- прозвучал у него в ушах голос Джима, и сбивающие с толку мысли снова исчезли в черной пустоте его сознания.
Маккой открыл зажмуренные глаза, и обнаружил что Кирк держит его за плечи, поддерживает его. Он выпрямился и нахмурился.
-Что случилось? Они сделали тебе больно?
Вопросы были резкими, изобличая опасение Кирка.
-Ничего.- Маккой тряхнул головой.
Кирк удержал руку доктора.
-Ты дрожишь, я это чувствую.
Маккой отстранился, когда капитан поднял руку, чтобы коснуться угла его рта.
-У тебя губа опухла.
Маккой выпрямился, и поморщился от воспоминаний.
-Охранник ударил меня, когда они забирали твое тело. Это все что я помню. А потом…
Но потом не было ничего кроме глубокой бездонной ямы в его сознании, окруженной паническим, неразумным страхом. Запрятав поглубже эти мысли, Маккой через силу улыбнулся Кирку.
-Все что я помню, это то что был напуган все то время, что провел на том корабле.
-Если мы выберемся живыми из этой передряги, я заглажу свою вину. Клянусь. Я жив сейчас только благодаря тебе.
Кирк сжал руку Маккоя, и отпустил, когда вошла Чепел. Операция была простой и короткой, и слишком скоро он проводил своего перевоплотившегося капитана по безлюдным коридорам в комнату транспортера. Маккой закрыл глаза на исчезающие искры, когда его капитан настоял на транспортировке на борт ромуланского судна не имея соответствующих координат. Он задался вопросом, а увидит ли он когда-нибудь Кирка снова.
Минуты тянулись, и Маккой, как и обещал, поддерживал лазарет в аварийном статусе. Вскоре он понял, что его неотступное следование за сотрудниками делает их еще более нервными и возбужденными. Удалившись в свой офис, доктор решил взяться за окончание месячного отчета. Но стимулятор в его организме все еще действовал, делая его слишком возбужденным, чтобы заниматься ежедневными обязанностями.
Маккой погрузился в свое кресло. Поддерживая руками голову, он осторожно коснулся темноты, которая скрывалась в его разуме, и почувствовал, как от этой попытки у него внутри зловещее зашевелился гадючий выводок. Казалось странным, что он мог визуально представить свои мысли в виде нечто с очертаниями, колеблющимися как космическая черная дыра, угрожающая его здравомыслию.
Зона темноты начала колебаться, пропуская образы; пугающие образы, потому что он каким-то образом знал, что они реальны. Вытерев со лба капли пота, Маккой с усилием попытался одолеть надвигающуюся панику. Когда он попытался углубиться в темноту, искры воспоминаний о пламени снова начали лизать его мысли. Доктор заколебался, видя опасность, но необходимость понять заставила его преодолеть страх. Тени начали складываться в колышущиеся образы.
…мертвый Джим, лежащий у его ног…
…ромуланский коммандер, требующая от него правду…
…длинные пальцы, тянущиеся к его лицу…
…потом рука, прикасающаяся к его вискам…
…огонь… иссушающий его мысли…
Не осознавая собственного крика, Маккой старался уклониться от ментального прикосновения ромуланца, сойти в вызывающую онемение темноту. Он пришел в себя, тяжело наклонился вперед, и неудобно положил голову на стол. Часы показывали, что прошло более получаса. Маккой выпрямился и потер лицо. Ему было жарко настолько невыносимо, что его форма промокла от пота. Чтобы встать пришлось приложить усилия, волна истощения заставила его пошатнуться, когда он извлек стакан с водой и жадно осушил его до дна.
Он чувствовал себя так словно сгорал от лихорадки. Доктор вздрогнул от острого понимания причины. Даже без попытки исследовать свои мысли он знал, что зона темноты разрастается все больше и больше. Огонь исходил оттуда, и Маккой точно знал, что когда эта зона окутает его разум, он навсегда потеряется в пламени агонии. Осознание собственного будущего вырисовалось прежде, чем он прошептал: я не помню…

Увидев его страх, Чепел твердо положила ладонь ему на плечо.
-Вам нужен отдых. Несмотря на все ваши возражения ясно, что вы чувствуете себя нехорошо. Почему бы вам не принять успокоительное? Мы позаботимся о нуждах коммандера.
Он знал этот уговаривающий тон ее голоса. Кристина превосходила других медсестер своей способностью заставить своих пациентов подчиняться, когда у них на то не было никакого желания. Она пыталась проделать с ним тоже самое. Она не знала, и не понимала того, что даже сам Маккой не постиг до конца: он знал, что однажды покорившись, он потеряется навсегда. Поддержание ощущения нормальности было его единственным шансом на выживание.
-Черт возьми, сестра, я говорил вам что я в порядке. Заботиться о коммандере моя обязанность и я буду это делать.- Он встал, позволив своему гневу перекрыть трясущуюся слабость в ногах.- А вы можете помочь мне, принеся приборы.
-Да, доктор,- пришел дерзкий ответ.
Она достала его аптечку и трикодер, и безмолвно вручила их ему с неодобрением во взгляде. Оставшись один, Маккой направился к апартаментам, где теперь расположилась коммандер. У дверей каюты стояли двое охранников. Доктор коротко им кивнул, благодарный за то, что один из них проследовал за ним внутрь.
От одного взгляда на ромуланку сердце Маккоя мучительно заколотилось в груди. Он с трудом сглотнул, неспособный говорить. Она осталась стоять около стола, прожигая его насквозь своими темными глазами, пока он быстро ее сканировал. Доктор почти закончил, когда ее рука взметнувшись схватила его за запястье, и длинные ногти впились ему в кожу.
-Как целитель вы знаете, как скрыть правду.
Ее голос был низким и звенящим от гнева. Из темноты вырвалось воспоминание о том, как она стояла над ним и говорила: я должна знать эти истины. Пламя… ничего кроме агонии и боли. Вскрикнув, он попытался от нее отстраниться; ее хватка угрожала сломать ему запястье. Каким-то краем сознания он понимал, что охранник приказал ей отойти, но борьба с пламенем, пожирающим его разум, захватила все его внимание.
Жар фазерного выстрела задел руку Маккоя. Коммандер рухнула, прихватив с собою и доктора. Маккой уклонился от усилия охранников помочь ему встать. Ему нужно было несколько минут, чтобы справиться с пульсирующей болью в голове. Когда его дыхание замедлилось, доктор убрал руки от головы и поднялся.
-Доктор, вы бледны как призрак.- Охранник заботливо придерживал его за локоть.- Я попрошу кого-нибудь проводить вас в лазарет.
Нет, ему нужно время, чтобы восстановить равновесие, а не тот, кто будет над ним суетиться. Маккой покачал головой.
-Я в порядке. Думаю я получил все, что мне было нужно. Когда она очнется, расспросите ее о предпочтениях в пище. Сомневаюсь, что я когда-нибудь еще буду принимать вызовы на дом.

Маккой вернулся в свою каюту, быстро умылся, и сумел взять под контроль дыхание. Прихватив с собой аптечку, он вернулся в лазарет незадолго до того, как туда заявился Кирк в сопровождении большей части команды мостика. Маккой передал Чепел информацию о результатах сканирования, полученных от коммандера. Отложив чувство беспокойства, Маккой присоединился к ликующей группе. Пытаясь восстановить нормальные ощущения, он заставил себя улыбаться их смеху, но чувствовал себя странно не синхронно со своими друзьями. Ухура обхватила его, закинув руки ему на плечи, не обращая внимание на его сдержанность.
-Капитан и Спок рассказали, что если бы не вы, мы бы все теперь стали бы пленниками, а они были бы мертвы.
Глаза Ухуры засияли, и она обняла его еще раз. Вмешался Чехов.
-Доктор, да вы герой!
Маккой покачал головой.
-Я даже не знаю на что это похоже. У меня так сильно тряслись колени, что я даже удивляюсь что вы не уловили это сенсорами. Черт возьми, ради чего все это было?
Чехов гордо объяснил:
-Теперь мы владельцы действующего устройства маскировки.
Маккой с недоверием уставился на него.
-Значит все это было ради военных технологий?- Он покачал головой.- Я должен был догадаться.
Все рассмеялись, не осознавая ни искренности заявления Маккоя, ни гнева на то, что он стал пешкой военных. Группа уже двинулась к дверям, снова возбужденно переговариваясь. Маккой заметил, что Спок наблюдает за ним с противоположного конца комнаты, и тревожно отвернулся. Образ Спока, стоящего над телом Кирка, на миг прорвался из его мыслей в текущую действительность. ?Я инстинктивно использовал вулканский смертельный захват?, безумным эхом пронеслось в его разуме. Он вздрогнул, когда ему на плечо легла чья-то рука.
-Боунз?- Рядом с ним, рассеивая этот образ, стоял оживший Кирк.- Охрана сообщила мне о действиях коммандера. Вы в порядке?
Видя его волнение Маккой снова выдавил из себя улыбку.
-Я буду в порядке, если вы мне обещаете, что мне не придется снова посещать ее, и что мы скоро отправимся в продолжительный хороший отпуск.
-Учту оба пожелания.
Капитан собрался удалиться. Увидев, что Спок приближается, Маккой поймал Кирка за руку. Вулканец представлял для него какую-то опасность, хотя доктор не мог определить почему ему так кажется. Пытаясь избежать его общества, Маккой направил капитана в сторону хирургической комнаты.
-Джим, полагаю пришло время обкорнать вам уши.
С виноватой усмешкой Кирк провел ко контуру своих ушей.
-Я забыл что они там.
-Конечно если вы не планируете прожить жизнь выглядя как ваш первый офицер,- добавил Маккой.
В нескольких шагах позади них Спок сухо прокомментировал.
-Так или иначе, капитан, на людях они смотрятся не эстетично.
Троица остановилась в дверном проеме комнаты, и Кирк поймал взгляд Спока.
-Это не займет много времени.
Он сделал паузу, вопросительно подняв бровь в сторону Маккоя. Доктор дополнил:
-Двадцать минут, капитан, если только вы не захотите еще и стрижку.
Кирк поморщился в ответ на его попытку пошутить, но продолжил без комментариев.
-Я присоединюсь к вам в инженерном как только мы закончим. Мистер Скотт говорит, что повреждения незначительны, но…
-Вы хотите убедиться лично,- закончил за него Маккой качая головой.
Кирк стрельнул на доктора раздраженным взглядом, прежде чем переключиться на Спока.
-Созовите совещание старших офицеров после нашей инспекции.
Капитан остановился, внезапно заметив пристальный взгляд, который Спок сфокусировал на Маккое. Доктор нервно дернулся, и его губы внезапно пересохли, когда Кирк тоже уставил на него свои проницательные глаза.
-Доктор, нам нужен полный отчет о вашем пребывании там. Спок говорит, что на флагмане вы на четыре часа пропали из его поля зрения.
-На четыре и три десятых часа,- поправил вулканец.
-Нам нужен ваш полный отчет об этом времени,- спокойно сообщил Кирк.
И снова озноб страха пробежал по спине, и Маккой опустил глаза, дабы избежать их обеспокоенных взглядов. Он направился к смотровой кровати, грубовато бросив им через плечо.
-Я рассказал то что помнил.
-Боунз,- Кирк говорил с тревогой в голосе, но доктор не обернулся.- Вы сказали мне, что вам не причинили вреда. Так что же там произошло?
Его грудь стеснило от страха, а дрожь едва не заставила его выпустить из руки сканер.
-Черт возьми, Джим, я же тебе сказал, что ничего не помню. Так ты хочешь эту операцию или нет?
Капитан медленным размеренным шагом приблизился к кровати.
-Единственное чего я хочу, доктор, так это правды.
Маккой застыл, изо всех сил стараясь наполнить воздухом свои внезапно сжавшиеся легкие.
-Коммандер… она хотела знать ваши невысказанные истины.
-Что?- прошептал Кирк.- На ее корабле? Она тебя допрашивала?- Повисла пауза, а потом в его голосе засквозил сильный, защитный гнев.- Она сделала тебе больно?
Черная пустота, выжидающая подходящего момента для атаки, на краткий миг открылась, и огненная боль окутала его мысли. Он поднял руки к вискам, отражая эту боль. Подняв глаза, он съежился под строгим, знающим взглядом Спока. Он заставил себя опустить руки, и огрызнулся:
-Джим, я не помню.
Быстрым сердитым движением Маккой повернулся к своим инструментам, игнорируя поддерживающую руку Кирка на своем плече.
-Слушай, дай мне отдышаться. Разве ты уж не достаточно прижал меня? Заставил меня думать, что ты безумен, потом заставил отправиться на борт ромуланского корабля и смотреть как Спок превращается в предателя и убивает моего лучшего друга.- Он не мог сдержать горечи.- И все это ради куска железа. Простите меня если я чувствую себя немного преданным вами обоими.
Рука соскользнула с его плеча. Кирк мягко произнес:
-Хорошо, Боунз. Мы поговорим об этом позже.
-Нормальная человеческая реакция,- снисходительный тон Спока не вызвал обычной резкой реакции Маккоя.- Капитан, с вашего разрешения я присмотрю, чтобы доктор М’Бенга перед совещанием провел полный медосмотр доктора Маккоя.
Маккой развернулся, чувствуя себя загнанным в угол.
-Зачем? Я ничего не сделал! Говорю вам: ничего не случилось.
Кирк уселся на кровать. Он с удивлением уставился на Маккоя. Спок ответил спокойно в манере вызвавшей еще большее раздражение Маккоя.
-Это стандартная процедура, доктор. Когда любой из офицеров оказывается в руках известного врага Звездного флота, необходим медосмотр. Капитан и я тоже пройдем полный осмотр, как только позволит время.
Кирк повернул голову, чтобы обратиться к Споку, который стоял рядом с ним.
-Боунз прекрасно знает правила, коммандер. Позаботьтесь об этом.
-Да, сэр.
Маккой смотрел как уходит Спок, чувствуя, как спадает часть его напряжения. Кирк молча ждал, пока он выбирал миниатюрный лазер, необходимый для удаления вживленной кожи, которую использовал доктор, чтобы сделать уши Кирка острыми.
-Боунз, мы можем не делать этого сейчас, если вы не слишком хорошо себя чувствуете.
-Я прекрасно себя чувствую, капитан.
Он жестом предложил Кирку лечь. Расположив его голову, доктор взялся за лазер, чувствуя облегчение от того, что у него не дрожат руки. Закончив с правым ухом, он снова переместил голову Кирка и принялся за другую сторону. В тишине Кирк прошептал:
-Боунз, об этом маскараде… до всех этих ромуланцев… прости. Ты знаешь, я не имел ввиду ничего из того, что было сказано.
Маккой остановился.
-Наверное так оно и есть. И я думаю, что нам нужно об этом поговорить. Но не сейчас.- Он снова склонился над своей работой.- Разговор во время операции может быть опасным для вашего здоровья. Так что молчите.
Он почувствовал едва заметную дрожь, которая пронзила Кирка. Капитан некоторое время заставлял себя молчать пока он работал. Однако признаки напряжения начали проявляться снова, пока Кирк не был вынужден резко прошептать:
-Думаю ты понял что это была всего лишь игра.
Маккой вспомнил злые слова, которые бросил ему в лицо Кирк в его офисе. Он выключил лазер, и провел пальцем по закругленному краю уха Кирка.
-Твой гнев из-за Мирамани и Эдит вовсе не был игрой, Джим.
Прищурившись он изменил настройку лазера, чтобы удалить оставшийся клочок искусственной кожи.
-Я говорю правду, Боунз. Я собирался…
Остальная часть объяснения Кирка потерялась в боли, которая заполнила пустоту в разуме доктора, посылая усики пламени, затронувшие его мысли. Истины. Невысказанные истины. Истины коммандера. Истины Джима. Его пронзило еще одно копье боли; воспоминания и ромуланцы слились воедино. Причиняющие ему боль, тянущиеся к его воспоминаниям, разрывающие его на части. Ромуланцы связали его, но теперь он свободен. Маккой посмотрел вниз, и прямо перед собой увидел врага, и познал новый ужас. Он поднял оружие в руке, и, включив лазер в полную силу, нацелил его на уязвимую зеленую шею. Даже без знаний точной ромуланской анатомии, в этой зоне должны были быть жизненно важные артерии. Невидимый луч рассек зеленую кожу. Но вместо ожидаемой зеленой крови, на его руки хлынула красная, и Маккой с замешательством уставился на нее. Раздался приглушенный крик:
-Боунз, боль…
Маккой выпустил лазер из оцепеневших пальцев, и с ужасом уставился на Кирка. Это не может быть Джим. Секунду назад там был ромуланец. Лицо заколыхалось, его окружили ромуланцы. Пальцы тянулись к его разуму, оставляя за собой огонь и опустошение. С глухим воплем Маккой скользнул на пол.
-Боунз.
Шепот привлек его внимание, и он, подняв глаза, увидел Кирка, тянущего к нему руки.
-Помоги.
Голова капитана безвольно свесилась с кровати, и его глаза застекленели. Кровь текла у него изо рта. Красная кровь. Кровь Кирка. Маккой посмотрел на свои руки, озадаченный покрывающими их струйками красной крови. Перед его глазами вспыхнули фрагменты прошлого и настоящего, и его разум вдребезги разбился под этим натиском. Он попытался встать, заскользил.
-Джим!
Капитан сделал один вдох, а затем затих, его лицо побелело и стало безжизненным. Огонь ворвался в его разум, и Маккой упал в бесконечную пустоту, заполненную непрекращающимися вспышками боли. 
Мелькали образы. Кто-то кричал снова и снова. Шепот достигал его ушей. Капитан мертв. Тесты. Процедуры. Голоса. Боль. Он пытался открыть глаза и обнаружил лицо Джима, парящее над ним словно призрак. Лицо дрогнуло, и его обступили ромуланцы. Все смеялись, и Кирк смеялся вместе с ними. Агония ворвалась в его разум, распылив на части их всех. И его вместе с ними.
Всхлипы. Он слышал что кто-то поблизости плачет. Маккой снова осторожно открыл глаза, и обнаружил, что рядом с ним сидит Ухура. Она держала его за руку, слезы стекали по ее щекам. Легкое пожатие и высказанная шепотом просьба чтобы он жил. Он попытался заговорить, попытался сказать ей, что ничего не осталось. Что он мертв, потерялся в аду.
Фрагменты, все что осталось от его разума. Время от времени он понимал, что приходит в себя, и все же действительность была оторвана от него в этом мучительном видении. Часто появлялась Чепел со своей успокаивающей утешающей манерой. Но Маккоя скоро начало ужасать даже осознание ее присутствия. Каждый раз огненные пальцы принимались за свое, раздирая лицо медсестры, испуганными криками преследуя ее погружение в безумие.
Он захныкал, отстраняясь от звука и рук, которые легли на его лоб. Горячие пальцы, которые хотели коснуться его разума и послать в его мысли новый огонь.
-Нет!- прошептал он, но звука не было.
Спокойные темные глаза приказали ему смотреть и на миг наступила передышка в шторме, теперь постоянно окружающем разум Маккоя. Его благодарная улыбка растворилась в ужасе, когда буря внезапно закружилась вокруг него, и затянула его друга вулканца в разрушенную часть его сознания.
А потом огонь исчез. Он осторожно поднял голову, но за этим действием не последовало вспышки боли. Шепот предостерег его, чтобы он не двигался. Паника всколыхнулась снова, когда шепот продолжил инструктировать его. Присутствие в его разуме. Паника. Страх.
?Не мой разум! Пожалуйста, не надо больше боли,? взмолился он.
?Отдыхай, друг. Я не сделаю тебе больно. Тебе нужен отдых?.
Маккой расслабился на поддерживающих его спокойных волнах. Волны умиротворения в сбивающих с толку мыслях.
?Ничего не осталось. Позволь мне умереть?, устало попросил он.
?Отдыхай. Я буду охранять твой сон. Ты устал?, заставил его слушать тихий голос.
Он так устал. Боль была всегда, и онемевший испуганный разум боялся, что ему помешают уснуть.
?Спасибо?.
Маккой открыл глаза, и осторожно окинул взглядом комнату. Лазарет. Он почувствовал давление на своей руке, и обнаружил рядом с собой Кирка. Он смотрел на него, ожидая вторжения боли, ожидая, что капитан обернется одним из сотен тех ужасающих образов. Ничего. Улыбающееся лицо, бледное и взволнованное терпеливо ждало.
-Ты будешь в порядке, Боунз. Мы здесь, с тобой.
Кирк еще сильнее сжал руку, и шепот стал более мягким и более интенсивным.
-Не бросай нас, пожалуйста.
-Джим.
У него не было голоса, ни один звук не последовал за этим словом. И не было сил чтобы пожать в ответ руку. Но этого было достаточно. Улыбка Кирка стала шире, и он внезапно опустил голову и коротко потер глаза. Маккой хмуро уставился на след недавно залеченного шрама на его шее. Фрагменты воспоминаний нависли над вновь обретенным миром в его разуме. Его взгляд переметнулся на лицо Кирка, и он увидел призрачную бледность, дрожащие руки, и внезапно вспомнил о крови повсюду. Крови Джима. Воспоминания были реальны.
Маккой обнаружил себя стоящим у закрытых дверей, и голос за его спиной требовал от него правду. Ромуланский коммандер.
-Джим,- взмолился он.- Скажи ей, пожалуйста. Твои невысказанные истины. Не позволяй им… ей… делать мне больно.
Чувствуя себя так словно он был в другом измерении, Маккой увидел, как с лица Кирка сошла краска, и его глаза расширились в ответ на слова доктора. Маккой с тихим криком отступил в темноту, еще не понимая, но зная что он снова сделал Джиму больно.
Время не имело смысла. Но Маккой стал все больше осознавать более длительные периоды, когда он был способен думать и рассуждать. Кто-то помог ему, думал он, но сделал это осторожно и ненавязчиво. Помог ему отсортировать правду от путаницы, помог захоронить огонь под слоем нежного участия.
Рядом с ним шептались голоса. Он позволил им просочиться и не прислушивался, пока их обеспокоенные интонации не привлекли его внимания.
-Парень сильно в этом нуждается.
-Я знаю. Чепел волнуется о его медленном выздоровлении. Он эмоционально измучен. Его отсылают в каюту, но это не помогает. Он скоро возвращается и говорит что не может спать. Единственная причина по которой его сейчас нет, потому что она заставила его принять успокоительное. Но даже тогда он отказался уйти.
-Мы мало что можем для него сделать, пока доктор Маккой не сможет с ним поговорить. Ничто из того что говорим ему мы не помогает. Он чувствует себя виноватым за то что случилось.
-А что если Леонард не выкарабкается?- Хриплый голос дрогнул.
-Выкарабкается, вот увидите. И только потому что его друг так в нем нуждается.
Голоса исчезли, знакомые, и все же он не вспомнил имен. Маккой еще долго лежал смакуя то, что может помнить беседу. Понимание наступило позже. Он открыл глаза. Кирк лежал на боку на соседней кровати. Темные тени под глазами говорили о многочисленных бессонных ночах. Постоянная мрачность отпечаталась на молодом лице командира, сделав его намного старше, чем он был на самом деле.
Маккой позволил ему отдыхать, и погрузился обратно в сумерки сна. Это было почти приятно. Он не чувствовал ни кошмаров, ни путанных мыслей. Он даже поигрался с проблемой Кирка и подслушанным разговором. Тихо подошел кто-то из медиков, подрегулировал его режим лечения, но оставил за собой облегчение. Он упивался полным отсутствием боли. В его сознании больше не было огня. Он мог снова начать жить.

Кто-то убрал волосы с его лба. Чепел, подумал он. Она использовала прикосновение чтобы подбодрить и утешить. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил стоящего рядом Кирка.
-Боунз?
В его голосе и лице было участие, но глаза капитана были полны страха. Эмоция, которая, в этом Маккой был уверен, не имела места, когда Кирк сталкивался с ромуланцами.
-Джим.
Он улыбнулся. Облегчение затопило черты капитана.
-Чувствуешь себя лучше?
-Думаю да,- его голос был полушепотом, полухрипом.- По крайней мере мысли кажется прояснились.
-Слава богу.
Голос Кирка надломился и он отвернулся. Доктору потребовалась вся его энергия, чтобы двинуться, и это была лишь рука. Тем не менее его прикосновения к руке Кирка было достаточно, чтобы его вернуть.
-Джим. Все в порядке.
Кирк кивнул, безуспешно пытаясь улыбнуться. Он быстро смахнул слезу.
-Прости, я скоро вернусь.
Он двинулся словно желая уйти. Маккой ухватился за золотистый рукав.
-Джим, останься.
Кирк быстро посмотрел на него с удивлением, потом снова перевел взгляд в никуда, стараясь скрыть изо всех сил подавляемые слезы. Указав на стул рядом со своей кроватью, Маккой заставил Кирка сесть.
-Не думаю, что когда-нибудь видел вас более испуганным, капитан. Не скажете мне почему?
Плечи Кирка опустились под весом вопроса Маккоя.
-Не уверен что смогу объяснить. Я…- Он прервался, сжав губы.- Проклятье,- прошептал он, проводя рукой по глазам. Он бросил на доктора беглый взгляд.- Если бы я вас потерял, то должен был винить в этом только самого себя. Это была моя вина.
-Почему? Это сделали ромуланцы, а не вы.- Он попытался добавить силы в свой голос, удерживая взгляд Кирка.- Это не ваша вина.
-Ну да,- Кирк поднял глаза и уставился в потолок; его голос ожесточился.- Я поставил на кон вашу жизнь, а вы говорите что это не моя вина?
Когда взгляд капитана снова переместился вниз, Маккой уловил лишь намек на недавно залеченный шрам на шее Кирка. Он поднял руку и прикоснулся к нему, игнорируя противную слабость.
-Я думал это была одна из моих галлюцинация. Это сделал я?
Вспомнив кровь он содрогнулся от ужаса. Кирк поймал его руку, отвлекая его от шрама.
-Нет. Ты не виноват.
Следы воспоминаний стали отчетливее.
-Я помню кто-то говорил, что ты мертв.
В глазах Кирка на миг мелькнула смешинка.
-Ухура сказала, что у меня должно быть девять жизней как у кошки. Пока что я израсходовал из них пять, причем две на этой неделе.
Маккой встревожено уставился на него.
-Здесь не над чем шутить, Джим. Ты почти умер из-за меня.
Капитан наклонился вперед, и его карие глаза сверкнули гневом.
-За это можно винить только ромуланцев.- Он коснулся своей шеи, и его голос смягчился.- Спок понятия не имеет как вы так долго удерживали здравый рассудок. Если бы вы сдались раньше, никто не смог бы вовремя вывести меня из того транса. По-моему он по новому стал уважать ваши умственные способности.
-Полно,- грубо бросил Маккой.- Джим, это сделал я. Своими собственными руками.- Он снова слабо прикоснулся к шраму.- И все же ты утверждаешь, что это вина ромуланцев, а не моя. И ты по прежнему винишь себя в том, что случилось со мной. Я не Спок, но даже я вижу нелогичность твоих рассуждений.
Кирк не ответил на его теплое подтрунивание. Быстрая смена эмоций пересекла его выразительное лицо: от протеста до самоненависти. Маккой нахмурился.
-Джим, поговори со мной.
Кирк моргнул, неожиданно его лицо исказилось от страдания. С тихим стоном он закрыл руками лицо. Маккой напряженно слушал отрывистые слова.
-Когда мы начали понимать какой пытке тебя подвергли… после того как Спок объединился с тобой… он сказал… все равно я проиграл… если бы не Скотти, я…
Он остановился. Маккой уже подумывал, а не попытаться ли сесть, но понял, что это вызовет какофонию тревоги, даже если он окажется достаточно силен для этого. Он перекатился на бок к краю кровати, и протянул Кирку свободную руку. Его глаза были зажмурены, длинные ресницы потемнели от непролитых слез.
-Что, Джим?
-Я бы ее убил. Ромуланского коммандера, которая сделала это с тобой. У меня в руке был фазер, и… боже.
-Ты же не сделал этого, Джим.
Кирк резко открыл глаза, глубины засверкали от ненависти к себе.
-Ты не знаешь как близок я был к этому. Я бы ее убил, если бы в том что случилось с тобой она была вообще не виновата. Все это только из-за меня.

-Господи, Джим, ты идиот? Как ты можешь винить себя за их действия?
-Все это была только моя вина. Мы очутились в их пространстве по моему приказу. Ты стал заложником в игре высоких военных технологий, или как ты сказал куска металлолома. Военные тайны.- Слова были резкими и неумолимыми.
-Джим, ты не забыл, что тебе приказали отправиться на это задание? Ты повиновался приказу точно так же, как я повиновался твоим.
-Это было добровольное решение.- Кирк не отводил взгляда от глаз Маккоя, пока объяснял. Прежде чем продолжить, он стиснул челюсти, потом снова разжал их.- Я думал это звучит как вызов. Я сказал Споку, что попытка стоит риска. Мы не должны были этого делать.
Психолог внутри Маккоя распознал источник замешательства Кирка, его конфликт между дружбой и должностью командира. Он надеялся, что сможет удержать нарастающую усталость, и дать капитану выговориться. Это обязательно нужно было сделать сейчас, учитывая то, что редкая уязвимость, продемонстрированная Кирком, скоро скроется за высокими барьерами, необходимыми для поддержания образа командира.
-Как давно мы друг друга знаем, Джим?
Этот вопрос похоже сильно удивил Кирка, выдернув его из мрачных мыслей.
-Не знаю. Думаю лет восемь.
-Мы разделили немало приключений, не так ли?
Кирк кивнул, осторожно наблюдая за ним.
-Многие из них случились до того как я прибыл на борт под твое командование. Некоторые были столь же опасны.
Маккой ждал, капитан открыл было рот чтобы прокомментировать, потом резко закрыл его. Доктор продолжил.
-Ты предложил мне место на ?Энтерпрайзе?, и я добровольно принял это назначение.
Кирк хотел было ответить, но на этот раз Маккой остановил его пронзительным взглядом.
-Неужели ты думаешь, что я согласился на службу не зная к какому роду командиров ты относишься? Вся команда знает, что приписка на этот корабль большой риск, и…- доктор улыбнулся, неспособный скрыть свою гордость,- и большая честь. Я горжусь тем, что служу на ?Энтерпрайзе?, что ты мой командир, и что мне настолько повезло, что я могу считать тебя своим другом.
Он знал что пробился к Кирку. Его лицо частично утратило измученное выражение, а глаза немого посветлели. Но от последних слов капитан вздрогнул.
-Друг, который глубоко ранил тебя словами, которые нельзя произносить.- Он встал, положив руку на плечо Маккоя.- Боунз, все те дни неуверенности, когда Чепел и Спок не могли точно сказать выживешь ты или умрешь, я боялся, что ты умрешь думая, что я обвиняю тебя за свою боль из-за потери Эдит и Мирамани. Это не так. Пожалуйста, поверь, я говорю правду.
Правда. Они продолжали кружиться вокруг одного и того же вопроса. Усталость стесняла его мысли. Он кивнул, изо всех сил стараясь удержать открытыми все более тяжелеющие веки. Кирку было важно понять одну истину, единственную.
-Мы друзья. Именно твоя дружба дотянулась и вытащила меня в эту безопасную гавань. Эта истина не изменится никогда, независимо от грядущих испытаний.
Кирк выпрямился, его глаза посветлели.
-Когда-то давно я прочел слова, которые на самом деле не понимал до сих пор. Они гласили: ?От мирных домов и первоисточников до неоткрытых границ, ни одна победа не стоит смеха, и любви друзей?.- Он сделал паузу, коснулся щеки доктора, а затем взял его за руку.- Это верно, выигранное сражение с ромуланцами для меня не значило ничего, когда я думал что могу потерять тебя.- Он поднял руку Маккоя и напряженно сжал.- Друзья.- прошептал он.
Это слово последовало за Маккоем, когда он погружался в мирные сны, сжимая руку своего друга, оберегающего и защищающего его. Круг в его сознании аккуратно замкнулся. Любовь. Истина. Дружба.