Блюзы Аллаха. (Blues for Allah)   
Автор: Greywolf the Wanderer. (перевод: lyiko)   
  
Ночное небо этой планеты было темным и пустым. Имелась только парочка крохотных лун - всего лишь быстро движущиеся пятнышки света, еще несколько звезд. Ничего похожего на земную Луну или ее вулканскую сестру - Т'хут. Нийота жалась к костру, время от времени подкидывая в пламя ветки, и слушала ночные крики. Хищник или добыча? Этого она не знала и не собиралась тратить энергию трикодера на дальнее сканирование. У нее имелись солнечные батареи, но вот преобразователь к ним она только-только начала мастерить. Помимо всего прочего, чем она занималась после катастрофы.   
Двигаясь осторожно, чтобы не потревожить поврежденные ребра, Нийота подложила в огонь очередное поленце. Свет костра приятно контрастировал с темнотой местного неба. Добрая его половина была чернильно-черной. Эта безвестная солнечная система располагалась буквально в горловине Туманности Льва... К их счастью, потому что это единственное, что позволило им ускользнуть от преследователей.   
Они со Споком возвращались на "Энтерпрайз" после конференции на планете Сслитии. Нийота выступала с докладом об алгоритмах перевода языка рептилий уроженцев Сслитии, основанном на совершенно иных принципах, нежели языки большинства гуманоидных рас. Спок представлял исследование, над которым трудился вместе с местными учеными - что-то по поводу физики звезд, полагала Ухура, но математика никогда ей не давалась.   
Они вылетели со Сслитии без всяких происшествий и предвкушали спокойное путешествие до точки рандеву, но спустя два дня пути сенсоры зафиксировали быстро приближающийся сзади объект. Сканирование опознало орионский пиратский корабль. Скорее кораблик: чуть больше разведчика, только топливные баки, да фазерные банки. С экипажем человек пять, может, шесть... но еще с двумя истребителями на борту. Иногда проскальзывали редкие рапорты о пиратской активности в этом секторе: захватах судов, похищениях с целью получения выкупа, в общем, ничего необычного. Спок врубил двигатели на полную мощность, и "Коперник" со всей возможной скоростью понесся по длинной петле к туманности. Они были уже совсем близко от нее, когда их настигли истребители. В последовавшей затем схватке у них не было никаких шансов - на "Копернике" имелись только отражательные щиты-дефлекторы и один низкоэнергетический фазер. Но это позволило протянуть достаточно времени, чтобы достичь окраинных пылевых облаков туманности. Вот тут Спок проявил чудеса пилотирования. Конструкторы "Коперника" поседели бы, доведись им увидеть пируэты, которые он выделывал, ныряя под и над, вокруг и через вихри газа и пыли, чтобы полностью замести ионный след корабля. Затем он заглушил двигатели, и они молча сидели, прислушиваясь, в то время как охотники сновали вокруг, ожесточенно переругиваясь по каналам связи, пока, наконец, не получили приказ возвращаться и отбыли на поиски более легкой добычи.   
Только тогда они заметили утечку топлива, видимо результат более-менее удачного выстрела, и поняли, что выбор остался небольшой. Поколдовав над сенсорами, Нийота, в конце концов, нашла эту систему на самом пределе их теперешней досягаемости. Спок рассчитал наиболее эффективный курс, и они долетели... только для того, чтобы обнаружить по прибытии, что для посадки не хватает топлива.   
Они, конечно, все равно приземлились... Выбирать не приходилось, "Коперник" изначально не предназначался для долгих полетов. К тому же, помимо топлива, они потеряли некоторый запас воздуха, и после трех дней пути почти закончилось продовольствие. Если добавить к этому невозможность устранить утечку в открытом космосе, то дальнейший курс действий становился очевидным.   
Нийота молча стояла, пока Спок стучал по клавишам на панели управления, задавая параметры посадки. Наконец он кивнул и откинулся на спинку кресла.   
- Мы готовы к входу атмосферу?   
- Так точно, сэр... все надежно закреплено.   
- Прекрасно, - Спок протянул руку и нажал последнюю клавишу. - Приготовьтесь, мисс Ухура, посадка будет не из легких.   
Нийота кивнула, еще раз проверила привязные ремни, затем подняла вверх большой палец - на удачу.   
В начале было очень тихо. Инерционные демпферы сделали совершенно незаметным ничтожное изменение направления движения, необходимое для начала спуска. В связи с недостатком топлива Спок запрограммировал наиболее отлогую кривую курса, и прошел, наверное, час, прежде чем они корабль вошел в верхние слои атмосферы. Турбулентности пока не было, только просачивающийся через обшивку тонкий высокий свист. Спок чуть уменьшил нагрузку на демпферы и установил энергетическую защиту на минимальный уровень - так, чтобы они не изжарились. Все это съедало топливо, и приходилось балансировать на грани. Вскоре щиты засветились красным ореолом вдоль обшивки. Сейчас один фазерный выстрел или метеорит размером с кулак, и все было бы кончено.   
Но охотники убрались восвояси, и некому было проследить, как "Коперник" мчался по небу огненным болидом в коконе перегретого воздуха, сыпя вдоль своего пути сверкающими искрами.   
А дальше началось самое трудное. Воздух становился все плотнее. Турбулентность качала и швыряла их при прорывах через слои разной плотности, но в течение всего спуска Спок, смотрел прямо перед собой, не моргая, не выказывая признаков колебания, а его руки уверенно лежали на рычагах управления. Ни единой мольбы или клятвы себе под нос с его стороны... только, как это принято у его народа, полная сосредоточенность на сиюминутной задаче. Когда они пролетали через верхушку грандиозного грозового фронта, и вокруг "Коперника" змеились бело-голубые молнии его единственной реакцией на окружающее была проверка уровня потока электронов и состояния щитов. Щиты выдержали, и вскоре гроза осталась далеко позади.   
И хотя к моменту приземления топливо почти закончилось, ему как-то удалось посадить изувеченный корабль практически невредимым. Нийота слышала однажды, как Скотти, ворча по обыкновению, сказал Чехову про конструкцию стандартных шаттлов, что у них аэродинамики не больше, чем у брошенного кирпича. На Чехова и Зулу это произвело впечатление, Скотти воодушевился и еще долго распинался перед ними на эту тему. Боже, если бы только Скотти был сейчас здесь...   
Но как бы там ни было, Спок доставил их вниз живыми. Он, должно быть, как Нийота сообразила впоследствии, перед самым ударом о землю направил всю оставшуюся энергию на инерционные демпферы и установил щиты на максимум - чертовски хорошая идея, которая почти сработала. Вряд ли шаттл когда-нибудь снова сможет летать, но они вопреки всему пережили крушение.   
Это случилось три дня назад... По крайней мере, прошло три дня с того момента, как Нийота очнулась вся в синяках и ушибах и очень удивилась, что еще жива. Поблизости нашлась вода. Очень кстати, чтобы наполнить почти пустой бак на борту "Коперника". Сканирование не обнаружило никаких вредных микроорганизмов, вода была чистой и сладкой, как дома.   
Нийота собрала из корабельных запасов все, что смогла найти полезного. После приземления, очевидно, был небольшой пожар, быстро потушенный автоматикой, которая, к счастью, имела независимое энергоснабжение, иначе они оба скорее всего были бы сейчас мертвы. Почти первым делом Ухура срубила молодое деревце и вырезала себе из него длинное копье, с обожженным концом, - оружие своих предков, на случай встречи с хищниками. Аккумулятор ее фазера был почти полностью заряжен, однако, он потребует перезарядки после использования, да к тому же может понадобиться для чего-то другого, если ей не удастся реанимировать полусобранный подпространственный передатчик.   
За все это время Спок ни разу не пошевелился, не издал ни звука, не среагировал ни на одну попытку вывести его из беспамятства. Нийота только приподняла его в полу лежачее положение, чтобы облегчить дыхание, т.к. судя по показаниям трикодера на скорую руки перенастроенного в биосканер, в его легкие проник дым от пожара. В течение первых 36 часов он дышал кислородом из запасов шаттла, пока тот не закончился. Это, кажется, помогло. Дыхание перестало быть хриплым и прерывистым, биосканер показывал уровень кислорода в крови на 97% от нормы. На лбу Спока высилась громадная шишка, всю левую половину лица заливал сплошной синяк, однако, сердце билось ровно. В соответствии с медицинскими данными бортового компьютера его температура была нормальной для вулканца, хотя по ощущениям Ухуры он просто горел. Информация в компьютере была в лучшем случае рудиментарной, всего лишь списком стандартных физиологических показателей самых распространенных гуманоидных рас.   
Как смогла, Нийота помыла его...И хорошо, что он спит, подумала она про себя с улыбкой. С помощью бинтов из аптечки она зафиксировала левую ногу вулканца - его колено распухло почти в два раза от обычного размера. Во время крушения привязные ремни Спока не выдержали и порвались. Она нашла его в углу кабины пилота, лежащим наполовину под панелью управления. Сначала Нийота подумала, что он мертв, затем заметила свежую кровь. Вытащить его из-под панели управления оказалось нелегко, Спок был высоким, а Нийота не отличалась крепким телосложением. В конце концов ей это удалось, после того, как сканер подтвердил, что позвоночник вулканца не поврежден. Потом Ухура укутала Спока всеми имеющимися одеялами, зная, что в его ослабленном состоянии, ему будет слишком холодно. Топлива ноль, батареи почти разряжены, но, по крайней мере внутри, он укрыт от солнца и ветра. Все, что после этого оставалось, - это ждать. Без слишком большой надежды. Маккой или M'бенга знали бы, что делать, а Нийота просто инженер связи, а не врач. Как и все в Академии, она проходила курс первой помощи, но в нынешней ситуации приходилось действовать наугад.   
В тот день Ухура охотилась, совсем как в детстве., и добыла двух травоядных зверьков, похожих на земных луговых собачек. Было очень приятно убедиться, что старые навыки не забыты. Сканирование показало, что их можно есть, к тому же Ухуре хотелось сберечь искусственные сухие пайки для Спока, т.к. знала, он не станет есть мясо, если этого можно избежать. Когда он очнется, а он очнется, Нийота не позволяла себе в этом сомневаться, то захочет есть.   
Мясо было очень нежным. Дымок костра напомнил Ухуре охотничьи походы-сафари по колониям Новой Африки, в которые ее брали вместе с братьями, когда они были подростками. И пока она сидела в проеме люка шаттла со своей добычей в руках, Нийоте показалось, что духи ее предков присоединились к ней и стоят вместе с ней дозоре у огня.   
Ночной крикун снова подал голос, вызвав у Нийоты атавистическую дрожь вдоль позвоночника. Сидя возле костра, завернувшись в одеяло, с копьем под рукой, она мало напоминала уверенную в себе, лощеную лейтенанта Ухуру, старшего инженера связи лучшего космического корабля Звездного флота. Здесь она была просто Нийотой, босоногой девчонкой, пробежавшей однажды за три дня и две ночи через родовую землю и побившей рекорд собственного отца, установленный, когда тот был еще мальчишкой. Как единственной дочке в семье с четырьмя сыновьями, Нийоте часто приходилось проявлять ловкость и сноровку.   
Ее униформа порвалась и была вся заляпана пятнами сажи, масла и крови: красной и зеленой. Чтобы волосы не падали на глаза, она повязала их тряпичной лентой. В отличие от "Энтерпрайза" здесь не было ни зеркал, ни лака для волос, чтобы соорудить прическу. Нийота подумала, что сказал бы капитан, если бы мог увидеть ее сейчас. Должно быть, рассмеялся... если бы вообще узнал. Как правило, он редко появлялся на публике во внеслужебное время. За исключением редких вечеров, проводимых им в обществе Спока или Маккоя, он чаще всего бывал один.   
Ухура испуганно подскочила на месте от неожиданного хлопка пламени и замерла, прислушиваясь. Кажется, она слышала еще какой-то звук, кроме шума пламени и ветра.   
Нет... Все было тихо, только местные зверушки шуршали по своим делам под покровом ночи. Даже пересмешник молчал. Впрочем, на этой планете не было птиц. Их экологическую нишу заполняли большие насекомые с радужными крыльями, которых она называла стрекозами, хотя те и не слишком походили на своих земных тезок. Разноцветными стайками они красиво кружились в солнечных лучах, но куда-то бесследно исчезали с наступлением темноты. И летали беззвучно. Вообще, здесь было достаточно приятно, но не как дома. Этого невозможно забыть, Нийота не сомневалась, что они вернутся домой.   
Ну, вот, опять - почти неслышный шелест, за которым последовал тихий-тихий стон. Ухура поднялась. Должно быть, это Спок. Нырнув в низкий проем люка, и очутившись в главной кабине, Нийота включила фонарик и направила его в угол, где лежал вулканец.   
Он лежал в той же позе, но уже не неподвижно: руки судорожно комкали одеяло, голова моталась из стороны в сторону. Глаза были закрыты, но брови нахмурены.   
Так. Скоре всего он находился в целительном трансе, значит скоро придет в себя. И тогда ему понадобится ее помощь. Нийота слышала историю, как его подстрелили из допотопного ружья на какой-то богом забытой планетке... Неурал, что ли? Кристина Чэпел поведала ей об этом однажды поздно ночью, пока они коротали время за дружеским бокалом в ее каюте. Тогда Нийота посмеялась, услыхав, что М'бенга надавал здоровенных пощечин своему пациенту. Но теперь была чертовски рада тому разговору. Если понадобится вывести его из транса, она знает, что делать, и сил хватит. Ушибленные ребра, конечно, станут протестовать, но это неважно, они и так все время напоминают о себе после катастрофы.   
Ухура вышла наружу, лишь чтобы погасить костер... Каждый лишний день без стрельбы им только на руку. Затем сразу вернулась к вулканцу.   
- Спок, - тихо проговорила она ему на ухо. - Это Ухура, Нийота Ухура. Я знаю, что Вы меня слышите, и что не можете пока ответить. Я рядом и буду рядом всю ночь. Если Вам понадобится какая-либо помощь, скажите, или дайте знать как-либо по-другому.   
После этого она села, скрестив ноги и прислонившись к стене, на пороге, вооружившись фазером, положив на колени свое копье и закрывшись от внешнего мира нижней половиной двери люка. Через открытую верхнюю половину тянулась проволока с подвешенными побрякушками, готовыми зазвенеть от малейшего прикосновения. Устроившись таким образом, Нийота позволила себе закрыть глаза и задремала.   
Пару раз она просыпалась и вставала проверить шаттл. Все было тихо. Даже ночной крикун, наконец, замолчал, и насколько Нийота могла судить, поблизости не было никого крупнее котенка. Всякий раз она возвращалась на свой пост и снова задремывала.   
Небо уже засветилось серым, когда снова послышался шум из угла Спока. Вулканец кашлянул, отчего Ухура мгновенно проснулась и включила аварийную лампочку. Света от нее было немного, однако что-то разглядеть все же было можно.   
Спок пытался сесть, но без большого успеха. Дыхание с хрипом вырывалось из его горла, словно ему не хватало воздуха. Печально... Нийота порадовалась, что укрепила повязку на ребрах перед сном. Веселого будет мало...   
Спок прочистил горло.   
- Помогите мне сесть, - попросил он едва слышным шепотом. Не обращая внимания на резкую боль в грудной клетке, Нийота освободила вулканца из-под груды одеял и подняла в сидячее положение.   
Спок снова кашлянул и поморщился. Он никак не мог открыть глаза, веки упорно закрывались.   
- Ударьте меня, - прохрипел он. - Пожалуйста...   
- Я знаю, что делать, - успокоила его Ухура, подавив улыбку. Затем размахнувшись посильнее, три раза подряд ударила вулканца по здоровой правой щеке .   
- Еще раз, - сказал Спок, и Нийота отвесила ему еще одну пощечину, после чего глаза Спока, наконец, открылись. - Спасибо, мисс Ухура, - поблагодарил он. - Этого... достаточно. - Хрипота в голосе Спока постепенно проходила. Нийота почувствовала значительное облегчение. Находиться здесь одной было трудно. Конечно, Спок мало на что будет годен с его коленом, но и так хорошо, по крайней мере, теперь она больше не одна.   
- Выпейте воды. - Нийота протянула Споку флягу, наполненную прошлым вечером. Он потянулся и, промахнувшись, выбил флягу у нее из руки. Ухура подхватила ее и на этот раз вложила флягу вулканцу в руку. Воды пролилось совсем немного, но такая неуклюжесть не обещала ничего хорошего...   
- Спок, - спросила она, когда тот утолил жажду. - Вы меня видите?   
Спок нахмурился и совсем не по-вулкански сильно прищурился, пытаясь разглядеть ее.   
- Не слишком хорошо, - признался он. - Все двоится, и не в фокусе. - После этого он со вздохом откинулся назад и прикрыл глаза.   
- У Вас болит голова?   
Спок мотнул головой в знак отрицания... и замер, не в силах сдержать гримасы боли.   
- Не могу отрицать очевидного, - проговорил он знакомым сухим тоном, который использовал вместо улыбки. - Сколько?   
- Сколько Вы были в отключке? Три дня с небольшим. Ваши привязные ремни порвались, когда мы разбились. Вы помните посадку?   
- Нет, саму посадку не помню. Я помню большую часть спуска вплоть до того момента, когда подал всю оставшуюся энергию на щиты.   
- Неплохо. Насколько я могу судить, мы разбились вскоре после этого. - Тут Ухура позволила себе немного улыбнуться. - Это был мастерский маневр, топлива оставалось на донышке.   
- Это было единственное логическое решение. - Спок отхлебнул немного из фляги. - Доложите обстановку.   
- Ну, мы не можем улететь отсюда с пустыми баками. Разумная жизнь здесь, кажется, отсутствует. По крайней мере, трикодер не зарегистрировал ничего похожего при максимальной чувствительности. Я начала мастерить подпространственный передатчик. Он готов наполовину. Полная кустарщина, но работать должен.   
Спок удивленно приподнял бровь: "Что такое "кустарщина", мисс Ухура?" - Нийота усмехнулась.   
- Старый земной термин. Означает вещь, которую собирают из того, что есть под рукой.   
- Ах, понятно. Пожалуйста, продолжайте.   
- У нас есть вода, еда, укрытие, аптечка с неплохим набором медикаментов, трикодер в рабочем состоянии и два почти полностью заряженных ручных фазера. Аккумуляторы шаттла заряжены всего на 30%. Этого не хватило бы для взлета, даже если бы у нас было достаточно топлива. Чтобы не тратить энергию понапрасну, я пользуюсь лампами с автономным питанием. Если у меня получится соорудить преобразователь, то мы сможем перезарядить аккумуляторы с помощью солнечных батарей. Штук пять уцелели после катастрофы из запасов шаттла.   
- Где мы находимся? Что это за местность?   
- Мы на небольшом клочке земли между двух рек. Местность преимущественно равнинная, с редкими купами деревьев вдоль берегов рек. Мы возле экватора. Судя по измерениям, которые я сумела произвести к настоящему моменту, сейчас конец весны. Здесь множество насекомых и мелких животных, но ничего достаточно крупного, чтобы быть опасным, в пределах досягаемости сканера. Есть достаточно большой ночной хищник, который охотится по ночам... Я слышала его охотничий клич. Но мы его, кажется, не интересуем. И главное, нет ни одного признака присутствия здесь орионцев. Уверена, как мы и надеялись, мы от них оторвались.   
- Очень хорошо. Теперь будем ждать.   
- Будем ждать. Скоро совсем рассветет, и мне надо возвращаться к работе. Хотите есть?   
Спок осторожно кивнул. Нийота вложила ему в руку пару сухих пайков и долила во флягу воды. Затем встала и вышла наружу, заниматься своими делами. Ей надо было подумать.   
  
* * *   
  
И снова Нийота сидела возле костра, глядя на пламя. Рядом с ней лежало копье, сзади слышалось неровное хриплое дыхание спящего Спока. Иногда он что-то бормотал, но слишком тихо и неразборчиво.   
Прошло уже более двух дней с момента, когда "Коперник" должен был встретиться с "Энтерпрайзом". И если его не завернут куда-либо еще, "Энтерпрайз" будет следовать в поисках вдоль их запланированного курса. Теперь аккумуляторы "Коперника" были полностью заряжены. Ей таки удалось закончить конвертер в тот же день, когда Спок очнулся. В тот же вечер Ухура почти управилась и с передатчиком, но солнце зашло, пока она разбиралась с передающим модулем. Было от чего расстроится.. У них на руках имелось два совершенно исправных коммуникатора, но диапазон их действия не превышал радиуса стандартной орбиты корабля вокруг планеты, и никто ее не услышит, пока не подлетит достаточно близко.   
Теперь передатчик. Если запитать его от обоих коммуникаторов и аккумулятора, то мощности должно хватить для вызова. Нийота только надеялась, что "Энтерпрайз" успеет вовремя - она начинала все сильнее беспокоиться за Спока.   
С ним все было в порядке практически в течение всего первого дня после того, как он очнулся. Нийота соорудила ему костыли, и вулканец со всей осторожностью выполз на солнышко подышать свежим воздухом. Чтобы у него не двоилось в глазах, Нийота завязала ему один глаз. Сидя на конце дюзы вулканец наблюдал, как она возилась с конвертером. Он даже заметил, что она неправильно подключила один проводок, отчего могли погореть оба аккумулятора и солнечные ячейки, а Нийота была слишком уставшей, чтобы увидеть это самой.   
Но к концу дня стало совершенно очевидно, что целительный транс не оказал должного действия. Правда, все синяки Спока исчезли, и опухоль на колене почти спала. Но вулканца, похоже, изводила боль, с которой он был не в силах совладать, как это ему всегда удавалось раньше. Спок не жаловался, но дважды Ухура видела, как он морщился и хватался за голову, когда думал, что она на него не смотрит. Нийота ничего не сказала: для вулканца потеря самообладания - это уже достаточно плохо, но чтобы на это ему указывал землянин? Нет, возможно, она и не может ему ничем особенным помочь, но и добавлять неудобства не станет.   
Вместо этого она сосредоточилась на передатчике. "Энтерпрайз" должен их найти.   
На следущее утро стало невозможно притворяться, что все в порядке. Спок был очень бледен, и когда он потянулся взять у Нийоты флягу, его рука дрожала. Ухура прикусила губу, но промолчала. Спустя мгновение Спок смог поднести флягу к губам и напиться. Но когда она предложила ему сухой паек, он отвел глаза.   
- Не думаю...что это...необходимо, - медленно и осторожно подбирая слова произнес Спок. - Я... не хочу... есть. - Он очевидно не говорил всей правды - на его лице было явно написано отвращение.   
- Думаю, мне надо сделать Вам медицинское сканирование, Спок, - сказала Ухура, ожидая возражений, но вулканец только откинулся на подушку, закрыл глаза и сказал:   
- Наверное, так будет лучше всего.   
Вот когда Нийота начала волноваться по-настоящему. И, прочитав данные трикодера после окончания сканирования, не нашла ничего успокаивающего. Трикодер не относился к медицинским моделям и не мог установить диагноз с точностью, которую давал трикодер Маккоя, но определить в чем проблема он мог. На границе волос за левым ухом у вулканца была трещина в черепе, которая продолжала кровоточить, и медленно растущая гематома все сильнее давила на мозг. Трикодер не мог определить ее точное расположение, к тому же у Нийоты не было ни необходимых хирургических навыков, ни инструментов, чтобы что-то сделать. Аптечка на "Копернике" предназначалась для использования в полевых условиях немедицинским персоналом. Там имелся небольшой протоплазер, годный лишь для наружного применения: исцеления ожогов и ссадин, с глубиной подкожного проникновения не более десяти миллиметров - явно недостаточно. Набор в основном состоял из инъекторов, но каким из них можно было воспользоваться, Нийота не знала. Все, что было в ее силах сейчас, это записать данные сканирования в память трикодера.   
- Каковы результаты? - Едва слышно спросил Спок. Стараясь говорить спокойно, Ухура сказала ему все, что удалось узнать.   
- Понятно. - Спок приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть на нее, но было видно, что даже рассеянный свет аварийного освещения слишком ярок для него, и веко снова опустилось. Нийота предложида ему обезболивающий укол, но вулканец отказался, мотивируя это тем, что от этого у него только появится тошнота и начнет кружиться голова. Он не терпел подобных вещей и никогда не нуждался в них раньше.   
- Простите, Спок, но я больше ничего не могу сделать, - сказала Нийота.   
- Это неважно. Вы сделали... все, что смогли. - С этими словами Спок улегся поудобнее и натянул одеяла до подбородка. Он был очень бледен с огромними тенями под глазами, и на мгновение Ухуре показалось, что он уже умер, пока она не увидела, что он дышит. Кусая губы, Нийота села еще раз проштудировать медицинские файлы "Коперника", отчаянно пытаясь вспомнить, не говорила ли Кристина Чэпел чего-либо такого, что могло бы помочь, и единственное, что пришло ей в голову - вколоть Споку стероиды, чтобы гематома перестала расти и, если повезет, рассосалась. Но даже они не подействуют мгновенно. Ухура порылась в аптечке в поисках нужного инъектора с отметкой, что лекарство безопасно для вулканцев, вернулась к постели и с разрешения Спока вколола ему максимально допустимую дозу. Она не знала поможет ли это, но, по крайней мере, не навредит.   
- Я буду снаружи работать с передатчиком, - сообщила Ухура и вышла из шаттла. Она не смогла бы держать себя в руках, если бы осталась, и не хотела добавлять к дискомфорту Спока еще и поток человеческих эмоций.   
Черт, как это все несправедливо! Своим искусством пилота Спок спас их обоих, а теперь она должна просто сидеть и смотреть, как он умирает? Ну, нет! Ухура провела остаток дня, роясь в непокорном передатчике и ругаясь себе поднос. К закату осталась лишь одна неполадка, но на ней Нийота застряла намертво.   
Она заставила себя поесть, совершенно без аппетита, но прекрасно понимая, что бесполезно заниматься дуотронной диагностикой на голодный желудок. Плохо уже то, что от усталости туманилось зрение. Казалось, минули годы с тех пор, когда она в последний раз мылась и отдыхала. И конца этому не видно.   
Из шаттла доносилось слабое бормотание - Спок то ли спал, то ли бредил. Когда Нийота последний заходила проведать его, то не смогла полностью привести его в сознание. Укол стероидов помог на несколько часов, но затем состояние Спока снова ухудшилось. Кислорода больше не было, а давать ему тонизирующее Нийота не решалась. Пульс вулканца все больше замедлялся, давление падало. Он просто угасал, не смотря на все ее усилия.   
Угасание... Минутку, минутку. Что-то в этом есть... Что происходит с сигналом между первой и второй стадиями усиления? Взгляд Ухуры на мгновение стал невидящим, а руки стали описывать кривые на фоне пламени, повторяя схему прохождения сигнала, вырисовывающуюся у нее в голове. Вот! Вот, что она не догадалась проверить! Нийота резко вскочила и рванулась к полусобранному передатчику. мешанину проводов и деталей. Все еще бормоча себе под нос, она опустилась рядом на колени и направила луч фонарика вглубь мешанины проводов и деталей.   
Не понятно... Так, а если переставить эту плату сюда... Да, вот так. Именно так. Боже, это надо же быть такой дурой! Да кадет-первогодок справился бы лучше! Ухура с предельной осторожностью извлекла неисправный модуль из передатчика и поднесла поближе к огню. Как назло куда-то подевался паяльник, а затем ее пальцы запорхали, следуя за нарисованной в мозгу схемой. Проклятье, надо было сделать так с самого начала!! Больше мощности на выходе, и, следовательно, более чистый сигнал. Чем она думала раньше, черт побери?   
Ладно, не важно. Все готово, теперь надо поставить это обратно и посмотреть, что будет... Руки Нийоты внезапно задрожали. Чуть не уронив свою ношу в костер, она заставила себя успокоиться и сделала несколько глубоких вдохов. Сейчас все должно работать, у Спока почти не осталось времени...   
Подождав, пока руки перестали дрожать, Нийота осторожно вставила модуль на место. Так, хорошо. Потом, задержав дыхание, нажала на кнопку включения. Щелк! Передатчик ожил и тихо зашумел. На панели ни одной красной лампочки, все работает нормально! Со свирепой ухмылкой охотника Нийота ударила по трем клавишам, запуская сигнала бедствия, который записала раньше. Он будет повторяться автоматически на аккумуляторах ночью и на солнечных батареях днем, пока она не отменит передачу.   
Одной проблемой меньше. Займемся другой.   
Нийота нырнула в проем люка. Спок что-то непрерывно бормотал в своем углу. Когда она осветила его лучом фонарика, ее сердце упало. Его лицо сильно осунулось, глубоко запавшие глаза, были окружены чернотой, руки постоянно бесцельно двигались... то по одеялу, то потирая лоб. Его трясло, хотя в кабине не было чересчур холодно.   
Встав на колени, Нийота тронула его за плечо. От этого прикосновения Спок вскинулся и уставился на нее широко открытыми испуганными глазами, явно не узнавая. В луче фонарика было видно, что у него один зрачок больше другого. Повязка на глаз, сделанная ему Ухурой утром, валялась на полу. Когда она потянулась за ней, Спок с отчаянием схватил ее за руку. Его пальцы казались сухими и горячими - слишком горячими даже для него. Стараясь рассмотреть кто перед ним, он безуспешно пытался сфокусировать взгляд.   
- ... где я? Кто ты? - спросил он на вулканском - резком гортанном языке своего детства. Нийота учила его в Академии и бегло говорила, хотя ей так и не удалось избавиться от певучего земного акцента. Это не удалось даже матери Спока Аманде: земное горло не приспособлено для языка вулканцев. Нийота наклонилась поближе, надеясь, что это поможет Споку лучше ее разглядеть, затем прочистила горло, чтобы говорить яснее.   
- Это Ухура, Спок...Нийота Ухура. Вы помните меня? Мы разбились на шаттле, и Вы были ранены. - Ей тоже досталось, но по сравнению с ним, она отделалась царапинами. Куча синяков, ушиб шей, три сломанных ребра - ничего особенного.   
Спок нахмурился, глядя на нее и пытаясь пробиться сквозь туман, заволакивающий сознание.   
- Не могу вспомнить... не помню...как я сюда попал...- его полный сомнений голос был едва громче шепота. Но хуже всего - этот взгляд, полный смятения и страха. За все годы их совместной службы на "Энтерпрайзе" Ухура никогда не видела Спока таким. Он всегда был сильной личностью, спасательным кругом, за который хватались остальные. Даже когда все думали, что капитан погиб, как в Толианском инциденте. Или когда они столкнулись с существом, успевшем погубить перед этим Интрепид. Спок всегда был непоколебим и без сомнений делал то, что было необходимо. Но сейчас все по-иному: не было внешнего врага, с которым нужно бороться, - его собственные разум и тело предали его.   
Спок смотрел прямо на Нийоту, но было видно, что он понятия не имеет, кто перед ним.   
- Прошу Вас..., - прошептал он. - Мне нужно...я не знаю, не могу... - Спок потряс головой и заскрежетал зубами от внезапного приступа боли. - Прошу Вас... прекратите это...   
Если бы только она могла... Последнее сканирование лишь подтвердило то, что Нийота и так уже знала - ему нужна операция, лекарства не помогут. А в его нынешнем крайне ослабленном состоянии нельзя было давать даже болеутоляющее, только постараться устроить его поудобнее и надеяться, что "Энтерпрайз" уже на подлете. Если бы только можно было поделиться с ним своей силой... Ведь даже сейчас, усталая и напуганная, Нийота гораздо сильнее его...   
О, Боже! А, может, "можно"... Все знают, что вулканцы телепаты, и Спок неоднократно использовал свой дар для спасения жизни товарищей. Возможно, если она сумеет установить со Споком ментальную связь, то удастся поддержать остатки его сил. Это опасно... Даже если получится, Спок все равно может умереть, и она, сама того не осознавая, угаснет вместе с ним. Если же он выживет, но с повреждением мозга, то ее мозг тоже будет травмирован, и она может окончить свои дни в каматозном состоянии в какой-нибудь захудалой лечебнице. Такие случаи уже бывали. Если "Энтерпрайз" не прилетит вовремя, все для них закончится отчетом патологоанатома. Но если не сделать чего-либо достаточно быстро, Спок в любом случае умрет. И чем больше Нийота размышляла о мелдинге, тем больше убеждалась - это его единственный шанс выжить. К тому же, она уже через слищком многое прошла, чтобы отступить. Надо попробовать...   
- Не будем тянуть время. - Пробормотав это себе под нос, Ухура приложила пальцы Спока к своему виску, а своими прикоснулась к его. Должно получиться...   
- Моя воля - тебе, - прошептала Нийота. - Мои мысли...   
- ...тебе, - ответил Спок.   
Сработало. На грани сознания Нийота ощутила холодное покалывание, и нахмурилась, стараясь вспомнить, какие слова Спок произносил в таких случаях. У нее не было точного плана, только надежда, что таким образом она сумеет поддержать его до прибытия помощи. Все зависело от Спока. У Нийоты никогда не было телепатических способностей. Она лишь могла предложить свои силы, но установить связь должен был он. Если сможет или захочет...если доверится тому, кого больше не узнает...   
Теперь Спок смотрел на Ухуру широко открытыми глазами с неестественно разновеликими зрачками, его пальцы пылали на ее виске. Нийота вспомнила следующую стадию мелдинга.   
- Наши мысли становятся ближе, - сказала она. - Наши разумы...   
- ...едины. - И снова Спок закончил предложение вместо нее. Сейчас Нийота определенно что-то чувствовала - странное двойственное восприятие, легкое эхо каждой мысли. И постаралась выразить доброжелательность... дружелюбие и обещание не причинить боли. Ее ладони по собственной воле обняли лицо Спока, пальцы сами легли на нужные точки, подчиняясь пришедшему откуда-то знанию, что надо делать. В глубине души Ухуры зрел страх, но она отмежевалась от него и последовала за новоприобретеннными знаниями, желая открыть свой разум и установить связь.   
Что-то в ней растаяло, растворилось, широко открылось, и Нийота почувствовала Спока там, где прежде была она одна. Сначала его боль - океан боли, широкий захлестывающий поток без дна и берегов. Темный и ужасный, тянущий обоих в забвение. Но теперь там, где ее не было раньше, появилась сила сопротивляться этому потоку. Страх тоже жил там - страх перед неизвестным, страх смерти и, что еще хуже, страх жить, потеряв разум. Но и он тоже стал теперь слабее. Страх не мог устоять перед истиной, что рядом теперь находился человек, готовый поделиться всем, что необходимо, чего бы это не стоило. И смерть отступила. Прежде ей ничего не мешало, но сейчас там, где раньше были лишь усталость и опустошенность, появилась сила.   
Нийота по-прежнему осознавала свое "я", но вместе с тем, она была Споком... разбитым и слабым, почти потерявшим себя. Но все же они были живы...   
  
* * *   
  
Руки на плечах...Откуда? Руки на плечах и голос над ухом. Знакомый голос...   
- Теперь осторожнее, Крис. Поддерживай ее голову... Вот так. - Нийота вздрогнула от внезапного холода и попыталась открыть глаза. Это оказалось страшно трудно - веки будто склеились, словно она проспала целую неделю. В конце концов, ей это удалось, и Ухура увидела знакомое улыбающееся лицо, которое уже не чаяла когда-либо увидеть вновь.   
Нийота попыталась заговорить, но только закашлялась - горло пересохло. Кто-то поднес к ее губам восхитительно прохладную воду, ничего лучше она не пила в своей жизни. Нийота снова попыталась заговорить и, хотя голос скорее напоминал скрип, ей это удалось.   
- Леонард... Крис!! Как я рада Вас видеть! - Кристина Чепэл ответила широкой улыбкой. Доктор Маккой сделал, что копается в аптечке, но Нийота успела заметить, что его глаза радостно блеснули. Крис протянула ей еще воды, и Ухура выпила все до капли, чувствуя, как в ее тело возвращается жизнь. Даже голова перестала болеть...   
Внезапно она вспомнила о Споке и попыталась сесть. Но заботливые руки уложили ее обратно на носилки. Накатило головокружение, когда оно прошло, Нийота спросила:   
- Крис, ты должна мне сказать. как...   
- Не торопитесь, Ухура... Это приказ. Вы обезвожены, баланс электролитов нарушен, а нервная система перенесла тяжелый шок. - произнес над ухом сердитый голос Маккоя, который включил антигравитационный механизм носилок и повлек их за собой к выходу. Одна рука Ухуры выскользнула из-под одеяла, но Крис подхватила ее и успокаивающе сжала. Когла носилки выплыли из люка шатла, Ухура непроизвольно зажмурилась - таким ослепительно ярким показался ей свет.   
Макккой снова склонился к ее уху.   
- Нийота, он все еще жив. Его мы эвакуировали первым, и подключили к системе искусственного жизнеобеспечения. Доктор М'бенга готовит его к операции. Странная вещь, черт побери... в соответствии с показаниями сканера, он уже должен быть мертв, но он жив. Похоже, некая глупая персона рисковала своей жизнью, поддерживая его... - Если она откроет глаза, знала Ухура, то увидит, что Маккой хмурится, глядя на не, но ей это было безразлично.   
- Значит... он поправится? Леонард, он спас нас обоих, когда напали пираты. Господи, да я до сих пор не могу поверить, что мы не разбились вдребезги при посадке...   
- Этого мы пока еще не знаем. Но раз он жив до сих пор, то есть надежда. М'бенга стажировался по нейрохирургии в Центральной больнице Ши'Кара на Вулкане. Никто в Звездном Флоте не справится с такой операцией лучше него. - Нийота услышала, что Чэпел связалась по коммуникатору с "Энтерпразом" и сообщила, что они готовы к транспортации.   
- Сколько... сколько вы нас искали?   
- Чехов засек ваш сигнал 36 часов назад, и капитан пригнал сюда "Энтерпрайз" на 8-й скорости. Скотти говорит, что вы должны были погибнуть еще при приземлении... Двигатели теперь только в утиль. - Маккой немного помолчал, потом тихо добавил: "Это было чертовски смело, Нийота. И ты спасла ему этим жизнь. Ты молодец."   
Ухура хотела еще о чем-то спросить, но ее вопрос сгинул в знакомом покалывании эффекта транспортации.   
  
* * *   
  
Двери медотсека соскользнули в стороны перед Нийотой, которая шла с инструментом в руках. Он прибыл этим утром с Вулкана. Когда Нийота открыла посылку, то сначала решила, что это, должно быть, какая-то ошибка. Прекрасно выделанное гладкое дерево, отполированное вручную, - перед ней лежала вулканская ка'атира ручной работы, точно такая же, как та, на которой играл Спок, разве что его была антикварной. Нийота сыграла все гаммы и упражнения, которым успела научиться у Спока за годы совместной службы. Голос инструмента звучал богато и насыщенно, совершенство сквозило в каждой детали. Одному лишь Господу богу известно, сколько это может стоить... Несомненно, инструмент попал к ней по ошибке... Затем Нийота заметила небольшую серебряную табличку на задней стенке ка'атиры, на которой изящной вулканской вязью было начертано: "Нийоте Ухуре, товарищу и барду. В знак благодарности за дар жизни."   
Нийота ринулась в медотсек с намерением объясниться со Споком, но когда очутилась там и увидела вулканца, который сидел и настраивал точно такой же инструмент, внезапно поняла: ни один подарок не может сравниться по своей ценности с жизнью. Это высшая ценность, все остальное вторично, и говорить тут не о чем.   
Один глаз Спока все еще скрывался под повязкой, но Кристина уже сказала Нийоте, что завтра его выписывают, и он сможет приступить к своим обязанностям к концу недели. Кроме этой повязки и узкой полоски седины в черных как смоль волосах, от его ран не осталось ни следа.   
Увидев ее на пороге, Спок жестом указал на стул возле своей кровати. Нийота села.   
- Не обязательно было это делать, - улыбнулась она, поглаживая пальцами дерево ка'атиры.   
- Верно. Тем не менее, это кажется логичным. Вы достигли в своем искусстве такого мастерства, когда предпочтительнее иметь собственный инструмент.   
- А, понятно. Ну, тогда, полагаю, это действительно логично.   
- Абсолютно. - Спок приподнял бровь и указал на инструмент Нийоты. - Она подходит Вам по размеру? По традиции, ее делают персонально для того, кто первый на ней играет.   
- Идеально! - Склонившись на ка'атирой, Ухура извлекла протяжную трель, плавно сменившую тембр и оборвавшуюся на низкой ноте. - Теперь, разумеется, Вам придется продолжить мое обучение.   
- Именно таковы мои намерения, - отозвался Спок, укладывая свой инструмент на коленях. - Мы начнем с дуэтов Севека сына Сокара. - Его пальцы легли на струны. - Возможно, Вы заметили, что пальцы здесь двигаются немного по иному...вот так...   
Восхитительная музыка заполнила медотсек и выплеснулась за его пределы, растекась по коридорам корабля, словно ласковое дуновение. Леонард Маккой отсалютовал в своем кабинете музыкантам поднятым стаканом, и, откинувшись на спинку стула и положив ноги на стол, приготовился слушать.