«Звёздный путь»
Автор – Кромешница

Для  Xeny, которая поставила задачу:
«Долго думала, что б такое запросить себе попакостней поинтересней. 
Хочется прочитать нечто необычное про любимых персонажей. Причем выбор экипажа я оставляю за автором (лично мне будет интересно прочитать про любой). Вариант сюжета: герои все те же, только профессии у них абсолютно никак не связанные с космосом.»
Я взялась за любимых героев ТОСа, предупреждаю -  всё ниже написанное является авторским новогодним бредом и это не следует воспринимать серьёзно.
P.S. Если не понравится, убедительная просьба сильно не пинать и не кидаться тяжёлыми предметами в автора, меня то есть. Надеюсь, с поставленной задачей я справилась.

Рабочий день председателя колхоза «Звёздный путь», товарища Ухуры, начался с просмотра писем.
«Так, это, как обычно, от участкового с просьбой о переводе, это от завклуба, новых пробирок требует…»- думала председательница.
Но среди обычного вороха писем было одно новое. В нём говорилось о приезде американского фермера для обмена опытом.  Ухуре ничего не оставалось, как встретить гостя.
И вот встаёт солнце над сельской местностью. Петух радостно  запел сидя на заборе. Запел, потому что так петушиная природа требовала, а радостно оттого, что уклонился от брошенного в его сторону ботинка. Судя по потрёпанному виду петуха, ему выпадала такая удача не часто.
И вот шлёпая  по грязи в сапогах и костюме «русская тройка», а именно трусы, майка и фуфайка, главный тракторист Павел Чехов, направился к своему ненаглядному трактору. Ещё вчера он катал на нём доярку Кристину, но кроме стакана семечек ему ничего не обломилось. Но как говориться: «Надежда умирает последней». Сегодня у Павла было важное задание от председательницы, забрать из районного центра какого-то иностранца, приехавшего по обмену опытом. Так что с бодрой песней «Будем жить, мать Россия…», он лихо вырулил из ворот. Вообще, Павлу нравилось так кататься. Где ещё он мог посмеяться над водителями, чьи автомобили загрузли по самый капот на великих русских дорогах, которые, как известно, занимают почётное второе место в бедах России после дураков. На дорогу до города он потратил практически пол дня. Правда узнать американца не составило труда, кто ещё мог стоять посреди улицы и улыбаться на право и налево на все 32 зуба.
- Здрасте, - проговорил Павел, подходя к гостю.
- О, хай, -  произнёс американец, пожимая протянутую руку тракториста. – Меня зовут Джим. Джим Кирк, я фермер из Айовы.
- Павел Чехов, - сказал в ответ тракторист. Мысленно порадовавшись, что гость с акцентом, но говорит на русском.
- Что это? – вырвалось у Кирка, когда он увидел их средство передвижение. Даже вид Чехова, а вернее его «русской тройки», не вызвало у него такого удивления.
- А, это – гордость российского тракторостроения, - произнёс Чехов, любовно поглаживая эту «гордость» по капоту. – Ездит на всём, что горит.
Американец проворчал что-то на английском, но делать нечего, не пешком же идти.
Пережив несколькочасовую тряску, они до вечера добрались до колхоза. Въездные ворота украшал транспарант:

« Welkome to Star trek!»

- У вас надпись с ошибкой.
- А это ты утром нашему художнику расскажешь.
- Тогда что за «Star trek»?
- Это «Звёздный путь», наш колхоз так называется.
Джим закатил глаза.
- Извини, гостиницы у нас тут нет, но комнату тебе нашли. Ночуй, а я утром зайду.
Поселили фермера к местной птичнице, которая ради большей красоты из Жанны переименовалась в Дженис. Кирка немного насторожило то обстоятельство, что вместо «Доброй ночи», его провожатый выдал: «Ну, ты там поаккуратней.» И как-то странно улыбнулся.
Вечер, как ни странно, прошёл спокойно. Эта Дженис только сидела и с открытым ртом и кивала на каждую фразу Кирка. Сначала Джиму было приятно, что довольно привлекательная, длинноногая девушка слушает его, открыв рот, но через час это уже начало раздражать. И американец просто осторожно смылся в отведённую ему комнату.
Проснулся Кирк от пения вредного колхозного петуха. Но не один, как следовало бы. Рядом с ним мирно сопела, отмывшись от макияжа, Дженис. Кирк с диким криком подскочил и как был, в трусах и майке, кинулся из дома, успев по дороге только натянуть свои ковбойские ботинки. Единственное, что он успел услышать от Дженис, были крики про свадьбу. Но эти фразы не только не остановили его, а придали дополнительное ускорение. Он добрался до дома Чехова, который узнал только по трактору во дворе. Павел уже проснулся, так что впустил перепуганного американца.
- Ну, я же говорил, что надо быть аккуратней, - произнёс тракторист. – Ты что даже дверь в комнату не закрыл?
- Нет, - всё ещё не придя в себя от быстрого бега, произнёс американский фермер. – Она хуже дикого мустанга. Надо было сразу заподозрить неладное, она меня час с открытым ртом слушала.
- Потому она на птицеферме с курами и работает. Утверждает, что любит общаться с равными по интеллекту, - проговорил Павел, улыбаясь, и протянул Кирку стакан с прозрачной жидкостью.
- Что это?
- Это лекарство от нервов. Пей не бойся. 
Джим и выпил залпом…
Первые минуты ему казалось, что его сбили поездом. Дыхание перехватило, сердце остановилось и в глазах потемнело.
- Это точно лекарство?
- Ага, - заулыбался Павел.
- Это точно ОТ нервов, а также от желудка и других органов… всё будто сгорело… - прохрипел Кирк, вытирая слёзы, выступившие на глазах.
- Ладно, пошли к председательнице.
- В таком виде,  к женщине я не пойду.
- Ну, так сходи за вещами.
От этих слов Кирк побелел, мысль о том, что надо вернуться к этой ненормальной, его отнюдь не радовала.
Павел, заметив выражение лица Джима, понимающе кивнул и выдал ему из личного гардероба фуфайку и спортивные штаны.
- Ну, вроде ничего, - произнёс тракторист, осматривая внешний вид Джима, - в любом случае, она ещё и не такое видела.
Кирка на улице все за своего приняли, так что они без проблем добрались до кабинета Ухуры. 
- О, здравствуйте, товарищ Кирк, я смотрю, вы уже одеваетесь как наш.
- Да уж, - заулыбался фермер, - приобщаюсь к культуре, так сказать.
- Похвально, что вы так быстро адаптировались, точно нашим через неделю станете, - улыбаясь, произнесла Ухура.
- Даже подумать страшно, - еле слышно проговорил Джим.
В общем Ухура толкала речь по типу «во времена, когда наши корабли бороздят космические просторы», о сближении культур и необходимости обмена опытом около двух часов. Момент, когда она наконец-то выпустила Кирка из своего кабинета, стал одним из самых счастливых в его жизни.  
- А симпатичная у вас председательница, вот только говорит много, - начал разговор Джим, когда они с Чеховым шли по улице.
- Это она в воспитательных целях, вот только ты в её присутствии следи за тем, что говоришь.
- А что может случиться? – заулыбавшись, произнёс Джим.
- Зря смеёшься. Ты просто ещё не знаешь, что она сделала с одним приезжим чукчей с японской фамилией, то ли Сулу, то ли Зулу, а он только земли попросил.
- Что?
- Вот и мы до сих пор гадаем. Ему надо было над акцентом работать, а то фраза у председательницы в кабинете «дай земли подЛюка» звучит оскорбительно, кто ж знал, что он лук выращивать собрался, - договорил Чехов.
С лица Кирка улыбка исчезла практически мгновенно.
Чехов проводил небольшую экскурсию, как и обещал, когда Кирк заметил здание, выгодно отличавшееся по архитектуре от других сообщений.
- А это что? – спросил американец, показывая на строение.
- Это наш Клуб, только он не работает, потому что туда никто не ходит, с тех пор как Скотти стал заведующим. 
- Почему? – поинтересовался Джим.
- У нашего завклубом шотландские корни, как он утверждает. Так вот если бы ты хоть раз слышал его игру на волынке или видел его в юбке, особенно когда ветер поднимается, то сам бы всё понял, - немного грустно проговорил тракторист.
- Хотя, в принципе, зайти можно. Только это теперь не на центр культуры, а на химическую лабораторию больше похоже. Заодно со Скотти и нашим художником познакомишься.
Получив утвердительный кивок от Кирка, Павел поднялся по лестнице и осторожно постучал в окно. На его стук дверь осторожно открылась, и Чехов с Джимом вошли.
Тракторист не ошибся, это помещение и вправду больше походило на химическую лабораторию.
Центр комнаты занимал аппарат совершенно немыслимого вида. Некоторые детали были явно скручены с трактора сходного с «гордостью» Чехова, множество трубок (пластиковых, резиновых, стеклянных) соединялись между собой, а дополняли эту картину меха от волынки. При чём это творение человеческих рук, казалось, жило, дышало, по трубкам бежала жидкость, а царивший тут запах явно давал Джиму понять, где Чехов взял это его «лекарство от нервов», которым он поил Кирка утром.  Возле этой адской машины были расставлены пустые ёмкости, явно приготовленные для заполнения.
Создателем сего инженерного чуда оказался завклубом. Кроме него в комнате находился ещё один человек. Это был местный художник, автор приветственного транспаранта и кучи других надписей, где только можно, которые видел Кирк на экскурсии.
- Это Леонард МакКой, - представил Чехов местного творца.
Джим пожал протянутую руку.
- А вас и, правда, так зовут? -  поинтересовался американец.
- Не, это творческий псевдоним,- съязвил художник так, что понять шутит он или нет, было трудно.
- И, кстати, вы на транспаранте «добро пожаловать» на английском, с ошибкой написали.
- Да? – задумчиво спросил МакКой. – Ну и что, я художник, а не знаток английского.
- За вами никто не следил? – влез Скотти.
- Вроде, нет, - ответил Чехов.
- А почему вас это волнует? – насторожился Кирк, - Это что всё нелегально?
Скотти покраснел и потупил взгляд:
- Это только для личного пользования.
- А что ваша полиция?
- А ты про нашего участкового? Ну, товарищ Спок уже давно мечтает всё тут прикрыть, так как сам не пьёт и другим мешает, - произнёс МакКой.
- Как вы сказали, его зовут? -  поинтересовался Кирк.
- Это не имя, а фамилия, - проинформировал Павел.
- Только сегодня ты с ним вряд ли познакомишься. У нашей доярки выходной, - заулыбался Чехов. А Скотти и МакКой понимающе закивали.
- Не вижу связи?
- Ты нашу доярку Кристину помнишь? Я её тебе утром показывал, - проговорил Павел.
- А это блондинка такая, - слегка улыбнувшись, произнёс Джим.
- Ну, так вот у неё постоянно что-то воруют. Участковый к ней ходить задолбался, мы сначала думали, что бабе просто не везёт, да так и оказалось, - ехидно заулыбался Чехов. – Вот только не везёт ей с участковым. Он на неё ноль внимания, сколько бы она не старалась.
- Он у нас недавно и мы грешным делом думали, что с ним что-то не так, - влез МакКой, - так нет, он нормальный. Просто она ему не нравится.
- Она не нравиться?! – вскинул брови Джим Кирк. – Хотя это личное дело каждого. А, может, она на Дженис похожа?
- Джим уже с нашей птичницей познакомился, - объяснил Павел. Художник и завклубом дружно захихикали.
- Жениться уже требовала? – спросил МакКой.
- Да, - признался Кирк.
И все дружно засмеялись.
- Вообще наш участковый и ищет хорошо, и прячется отлично, - закончил Павел.
- Особенно от доярки Кристины, - ехидно добавил МакКой.
В общем, оставшееся время американский фермер провёл в компании новых знакомых, которые, сжалившись над приезжим, забрали его вещи у Дженис, а Кирка поселили в комнате на втором этаже Клуба.
Остаток его пребывания в «Звёздном пути» прошёл более-менее спокойно. За это короткое время он действительно стал почти своим.
Джим так ни разу больше не увидел Дженис, чему был несказанно рад, участкового ему тоже увидеть не довелось, он и правда оказался великим конспиратором. Кирк так и не понял, чем ему не понравилась доярка Кристина. 
В день отъезда на воротах красовалась надпись «Good By».   
Но Джим ничего не стал говорить МакКою, это всё равно было бесполезно, потому что Леонард простой художник, а не… И Джим уже неоднократно слышал множество вариантов окончания этой фразы.
Зато в день отъезда Кирк понял, почему в клуб никто не ходит – Скотти сыграл на волынке, по такому случаю сняв её со своего агрегата, чем очень ускорил процедуру прощания.   
По дороге в райцентр Кирк думал о том, что теперь точно знает место, куда не поехал бы второй раз…