Олимп
Автор - Ael L. Bolt
Перевод – Old Horta

Пролог
«Дневник капитана, звездная дата 5784.9. Мистер Спок, доктор Маккой и я покинули Платониус с пассажиром, Александром. Злополучный до сих пор платонианец будет путешествовать с нами до мира который изберет для себя. На Платониусе Александр подвергался унижениям другими платонианцами потому что не обладал психокинетической силой. С моими друзьями и мной обращались плохо по той же причине, пока доктор Маккой не ввел концентрат киронида в мою кровь и кровь мистера Спока. После этого мы смогли… убедить лидера платонианцев Пармена освободить и нас и Энтерпрайз.
Доктор Маккой сказал нам, что киронид должен разрушиться и исчезнуть вместе с психокинетической силой через несколько часов. Однако он не знает наверняка и может только предполагать. Я не знаю почему, но это меня тревожит…»
Находясь на другом конце каюты? Кирк взмахнул рукой, и записывающее устройство послушно отключилось. Кирк смотрел сквозь затемненную каюту и задавался вопросом, когда же эта сила покинет его. Она была все столь же мощной, как когда он победил Пармена. Если Маккой был прав, то она исчезнет к началу его смены. Если он неправ…
Кирк даже думать не желал об этом. Он откинулся на своей кровати и, прислушиваясь к мягкому гулу палубных перекрытий, соскользнул в сон.

Глава первая
Кирк проснулся как от толчка и стремительно упал с кровати. На мгновение он был дезориентирован, затем понял где находится. На столе коммуникатор подавал звуковой сигнал; именно он и разбудил его. Ворча про себя, он тщательно освободился от простыней и, пошатываясь, подошел к столу, водя рукой по своим спутанным волосам. Он нажал на кнопку приема. «Кирк слушает».
- Что ж, Джим, ты намерен спать весь день? – проник сквозь динамик голос Маккоя, растягивающий слова.
Кирк взглянул на хронометр и только тогда заметил, что уже было 9:45.
- Проклятье. Прости, Боунз, я проспал. Можешь меня расстрелять, но я опаздываю на вахту.
- Не беспокойся об этом, - ответил Маккой. – Я освободил вас обоих от обязанностей – тебя и Спока, пока не прояснится дело с киронидом.
- Прояснится?
- Ладно, Спок пришел сюда фактически с жалобой на головную боль. А раз у него головная боль, держу пари, что у тебя она тоже есть.
- На самом деле нет.
Кирку внезапно стало любопытно: покинула ли наконец-то его сила? Он сосредоточился на электронном блокноте, и был несколько встревожен, увидев, как тот послушно парит в воздухе. Вздохнув, он потянулся и схватил его, после чего положил на стол.
- Но эта психокинетическая сила пока что не исчезла.
- Это еще одна вещь, из-за которой я волновался. Твоя сила хоть как-то уменьшилась?
- Нет, насколько я могу судить.
Маккой на мгновение замолчал.
- Это плохо.
Прозвучало это довольно обеспокоено.
- Ты не против подойти в лазарет? Я хотел бы провести несколько тестов и выяснить сколько пройдет прежде чем вы вернетесь в норму.
Кирк автоматически отклонил это предложение. Он ненавидел лазарет. Для него он ассоциировался с потерей контроля, неспособностью командовать и болью. Но затем он пересмотрел свое решение…
- Я обязательно буду приблизительно через тридцать минут. Конец связи.
Он щелчком закрыл коммуникатор и стоя немного потянулся, чтобы уменьшить напряжение в мышцах. В этот момент он мельком увидел себя в зеркале. Странное чувство побудило его взглянуть снова. И то, что он увидел, заставило его замереть. Было ли в его глазах небольшое свечение? Были ли они на самом деле теперь немного другого цвета? Кирк на мгновение уставился на свое отражение, затем пожал плечами.
- Эта сила, должно быть, затронула меня больше чем я полагал, - сказал он сам себе. – Но могу поклясться, что на миг я выглядел точно как…
Болезненное воспоминание явилось без предупреждения, и он остановил ход мыслей.
- Нет никакой нужды думать о НЕМ снова, Джеймс. Вот уже три года  как он мертв и похоронен.
Но когда с помощью телекинеза он поднес рубашку к руке, то не мог не задаться вопросом…

Когда Кирк вошел в лазарет, Маккой заканчивал проверку Спока, все еще страдающего головной болью.
- Что ж, Спок, думаю, единственное, что вы можете сделать – это отправиться в вашу каюту и ждать покуда киронид не распадется. Я ничего не могу поделать с вашей головной болью и не могу отфильтровать киронид из вашей крови.
- Спасибо, доктор Маккой, - произнес Спок вставая. Он развернулся и пошел к двери, слегка морщась от боли.
Кирк озадаченно посмотрел на Маккоя.
- Почему он испытывает боль, а я нет?
- Это только теория, но я думаю это связано с тем, что Спок тактильный телепат и контакт сразу с таким количеством разумов для вулканцев болезнен, - ответил Маккой. – С киронидом в качестве стимулятора он способен чувствовать эмоции всех людей на корабле. Это слишком много, чтобы его ментальный контроль мог с этим справиться. Что же касается вас… - пожал плечами Маккой, - то вероятно, потому что вы не телепат даже с киронидом.
- Возможно, - сказал Кирк немного скептически.
Маккой принялся сканировать его медицинским трикодером, и какое-то время они оба молчали. Несколько минут спустя Маккой с недоверием уставился на прибор.
- Этого не может быть…
- Боунз?
- Концентрация киронида в вашей крови нисколько не уменьшилась. По большому счету к настоящему времени он должен был полностью исчезнуть…
Маккой хмуро глядел на сканер.
- Согласно данным концентрация фактически возросла.
- Что? – ошеломленный Кирк посмотрел показания прибора. Несомненно, отмечалось увеличение концентрации киронида в его крови. - Это невозможно…
- Разумеется, невозможно, - согласился Маккой. – Но данные налицо. Ваша сила должна была исчезнуть, но этого не произошло.
- Боунз, когда это закончится? Мне не нравится иметь такую мощь!
Маккой никогда прежде не видел его настолько взволнованным. Он с недоумением смотрел как Кирк расхаживал по комнате и как близлежащие предметы мимо которых он проходил, дрожали от психокинетических волн.
- Проклятье, мне не нравится это. Это так сильно напоминает мне о… - он внезапно прервался и закрыл глаза. – Нет, нет, я не собираюсь ворошить это снова.
Маккой слышал как он бормочет себе под нос.
- С тех пор прошли годы… это не имеет смысла…
- Джим? – мягко спросил Маккой. – С тобой все в порядке?
Джим продолжая метаться, намеревался ответить «да», но затем остановился.
- Нет, - произнес он после заминки. – Нет, я не в порядке и не буду до тех пор, пока эта сила не испарится. Боунз… сколько еще?
- Я не уверен. Надо провести еще некоторые тесты с вами, - сказал Маккой и Кирк вздрогнул.
- Бросьте, это не так ужасно и вы знаете это. Чем скорее вы согласитесь, тем скорее сможете уйти.
Кирк обдумал это, затем вздохнул, сдаваясь, и последовал за Маккоем в смотровую комнату.

Кирк смотрел на серый потолок лазарета, пока Маккой сканировал его и чувствовал неприятное покалывание в правой руке. Когда Маккой двигал сканер, следом перемещалось и это ощущение. Кирк размышлял об этом с минуту, удивляясь, что было тому причиной. Как только сканер  пошел вверх, ощущение стало еще более неприятным. Он колебался стоит ли сказать об этом Маккою. Сомнение разрешилось, когда Маккой принялся сканировать его голову. Чувство дискомфорта достигло болевого порога, и Кирк инстинктивно послал телекинетическую волну, которая вырвала сканер из руки Маккоя и разбила его вдребезги о противоположную стену. Осознав то, что он натворил, Кирк застыл в шоке. Маккой посмотрел на искореженный сканер, после чего медленно обернулся и взглянул на Кирка.
- Полагаю, что это было сделано непреднамеренно?
Кирк молча кивнул головой.
- Ладно, я схожу за другим сканером.
Кирк оправился от шока.
- Нет, это была моя ошибка. Я исправлю ее.
Он пристально взглянул на шкаф с оборудованием. Дверь открылась, и сканер, поплыв по воздуху, лег прямо в руку Маккоя. Маккой посмотрел на сканер и перевел взгляд на Кирка.
- Вы желаете сами себя просканировать? - спросил он с презрительной полунасмешкой.
- Нет.
- Тогда лучше прекратите свои психокинетические фокусы, и мою работу предоставьте мне. Не играйте мне на нервах…
Двумя сломанными сканерами позднее, Маккой решил прекратить осмотр и ушел  снять показания с одного из них. Он проверил основные жизненные показатели, и все было совершенно нормально за исключением аномальной концентрации киронида в крови Кирка.
- Насколько я могу судить без сканера, - заявил Маккой, демонстративно глядя на искривленные металлические фрагменты. – Вы в отличном состоянии. Если бы не увеличение количества киронида в вашей крови, я бы сказал, что вы прислушались ко мне и наконец-то позаботились о себе.
Бровь взмыла вверх при этих словах.
- Ну, спасибо.
Маккой проигнорировал насмешку.
- Концентрация киронида в вашей крови возросла почти вдвое по сравнению с тем, что было. Она увеличивается по экспоненте, почти как… Джим? Джим?
Кирк побелел; казалось, что он больше не слышит Маккоя. – О мой…
- Джим! – Маккой схватил его за плечи и через несколько секунд взгляд Кирка сфокусировался на друге. Он все еще был ужасно бледен, а его дыхание учащенным.
- Вы сказали ... по экспоненте? Она увеличивается по экспоненте?
Макой был сбит с толку.
- Да, сказал.
Кирк снова уставился куда-то в пространство и Маккой мог едва разобрать, что он говорит.
- Это как если бы иметь пенни и удваивать его каждый день… через несколько месяцев можно стать миллионером.
- Джим! – Маккой встряхнул его за плечи. – Давай, Джим, приди в себя!
И Кирк сумел. С минуту он бессмысленно смотрел, затем настойчиво спросил:
- Боунз! Какого цвета у меня глаза?
Маккой заморгал в замешательстве. И когда он сразу не откликнулся, Кирк ухватился за него и  крепко сжал.
- Боунз, ответь мне! Какого цвета мои глаза?
- Они того же цвета, какого были всегда, Джим. Карие.
Кирк наконец отпустил руки Маккоя и доктор поморщился от боли как только полученные синяки дали о себе знать.
- Тогда еще есть время, - пробормотал Кирк себе под нос, но достаточно громко, чтобы Маккой расслышал. Он устремил свой необычно взволнованный взгляд на Маккоя.
- Боунз, ты должен убить меня. Сейчас, пока моя сила не стала огромной.
- ЧТО? – Маккой не поверил своим ушам.
- Джим, что ты несешь? Убить тебя? Да я скорее отрежу себе руки, чем совершу подобное зверство! Джим, ты мой лучший друг! Я не могу тебя убить.
- Ты что не помнишь, что я рассказывал о Гари? – голос Кирка повысился и приобрел ненормальный истерический оттенок. – Ты не помнишь о том, что было до того, как Гари почти убил нас всех? До того как он стал непобедимым? ДО ТОГО КАК ОН СТАЛ БОГОМ?!
Маккой не мог позволить своему другу долго стоять вот так и безумно кричать. Прежде чем Кирк успел отреагировать, Маккой схватил гипоспрей наполненный успокоительным, и воткнул его в плечо капитана. Зашипев, Кирк напрягся, и Маккой отлетел, словно гигантская рука схватила его и отбросила через всю комнату.
Он сидел, съежившись в углу, не в силах пошевелиться, в то время как Кирк надвигался на него,  и в его глазах была жажда убийства. Глазах, отливавших серебром!

Глава вторая
Маккой сидел в углу полностью парализованный, в то время как Кирк подступал все ближе. Его глаза, ставшие внезапно серебристыми, ослепительно блестели, и Маккой осознал, что дрожит в страхе от того, во что превратился его друг. Не дойдя трех футов, Кирк зашатался, его глаза резко окрасились назад в коричнево-зеленоватый цвет; он оступился и когда взглянул на Маккоя, в его глазах не было и следа злобного умысла.
- Боунз? - прошептал он, его глаза закатились, и он потерял сознание.
У Маккоя немедленно прошло оцепенение, и он успел поймать обмякшее тело друга до того, как тот упал. Он пристально посмотрел на потерявшего сознание Кирка, припоминая какое успокоительное средство сумел ему ввести.
Маккой решил не вызывать сестру и попытался уложить Кирка на диагностическую кровать. Ему на подмогу пришла откуда-то взявшаяся высокая темноволосая фигура. Вдвоем они уложили Кирка и заговорили друг с другом, после того как удостоверились, что он полностью бессознателен, 
- Откуда вы узнали, Спок? – голос Маккоя был тихим, как будто он боялся разбудить Кирка. Спок бросил на него немного удивленный взгляд.
- Я мог ощутить тревогу, сконцентрировавшуюся в лазарете даже за несколько палуб отсюда, доктор. Я также почувствовал ваше оцепенение. Если бы успокоительное не возымело эффекта в тот момент, я бы сам привел его в бессознательное состояние.
Спок, казалось, был потрясен. Взволнован.
Несколько минут Маккой в молчании наблюдал за тем как он смотрит на Кирка.
- Что такое, Спок? Вы выглядите обеспокоенным.
Спок вздрогнул, устыдившись того, что его чувства так легко угадать.
- Я… озабочен. Несколько лет назад, капитан был глубоко взволнован похожим случаем. Я не знаю, как он отреагирует на такую ситуацию теперь, когда это произошло с ним, а не с его другом.
Маккой нахмурился, припоминая слова Кирка, произнесенные перед тем, как им овладел гнев.
- Он кричал что-то о каком-то Гари, и о том, как они похожи. 
Он ожидал какой-нибудь реакции от Спока на это и был вознагражден, когда Спок слегка переменил позу.
- Кем он был? Кто такой Гари?
- Лейтенант-коммандер Гари Митчелл, - ответил Спок. - Несколько лет назад он служил на борту Энтерпрайз в качестве навигатора. Он был одним из самых близких друзей капитана. При перелете через галактический барьер Митчелл и несколько других членов экипажа были поражены энергетическим лучом. Они умерли, а Митчел, приобрел необычные способности.
Он взглянул на Кирка, и едва коснулся его руки.
- Его глаза стали серебристыми.
Глаза Маккоя расширились.
- Так из-за этого он так тревожился?
Спок замялся.
- Не совсем… Гари Митчелл начал демонстрировать свои способности налево и направо, подвергая опасности людей. Он начал думать о себе как о боге.
Спок избежал встречи с изумленным взглядом Маккоя.
- Я убедил капитана доставить его на Дельта Вегу, и бросить там одного. После нападения Митчелла на десант, капитан преследовал его и в итоге был вынужден убить. Его лучший друг погиб от его собственной руки.
Темные глаза Спока были отсутствующими, невидящими.
- Капитан вернулся ужасно избитым. Он находился в лазарете несколько дней. Уже покинув его он был сам не свой. Тогда я предположил, что это было следствием полученных травм, но теперь я понимаю и психологический аспект.
Маккой посмотрел вниз на друга, который был все равно как мертв для мира.
- И он носил в себе эту травму все эти годы.
Это был не вопрос.
- Да.
Несколько минут они оба молчали, наблюдая за спящим Кирком. Наконец Маккой вздохнул и повернулся к Споку.
- Что ж, я не думаю, что смогу убедить вас отдохнуть немного  в вашей каюте…
- Такая перспектива маловероятна.
- Я знал, что вы это скажете. Предполагаю, вы останетесь здесь на некоторое время?
- Да.
Маккой кивнул.
- Ладно, по крайней мере, устройтесь в кресле. Он не очнется еще некоторое время.
Он пошел к двери.
- Я буду в своем офисе, пробегусь по результатам его тестов. Вызовите меня, когда он начнет приходить в себя.
Перед тем как войти в офис, он оглянулся через плечо: Спок по-прежнему стоял у кровати Кирка, и не было никаких признаков, что он собирается двинуться, хотя бы, чтобы присесть в кресло у стены. Маккой вздохнул, смирившись с этим, и дверь закрылась за ним.

Первым ощущением, обрушившимся на Кирка, когда к нему возвратилось сознание, было всезаслоняющее психическое присутствие Спока. Темный призрак которым и был Спок, неясно вырисовывался рядом с ним, и Кирк постепенно узнал руку вулканца лежащую на его собственной.
«Джим?»
«?»
Разум Кирка также не нуждался в словах.
«ты в порядке?»
«…»
Кирк умственно продиагностировал себя. Никакой боли. Это хорошо. Никакого дискомфорта. Его мышцы реагировали вяло, когда он их напряг, а глаза отказывались открываться. Он чувствовал себя так, словно тонул в сиропе. Он передал это ощущение Споку, и беспокойство вулканца стало явным.
«ты находишься под действием успокоительного», объяснил Спок, «ты стал сильнее и доктор был в опасности».
«!»
«ты не помнишь?»
Образы начали возвращаться, и Кирка сотрясла внутренняя дрожь. Он был так близок к «этому»…
«Джим, я прошу прощения за вторжение. Я уйду и вызову доктора».
Кирк в изнеможении, отправил подтверждение, и ментальные излучения Спока несколько уменьшились. К Кирку начал возвращаться слух, и он услышал мягкий звук шагов Спока по полу лазарета. Негромкие голоса доносились из темноты; Кирк признал мягкий голос Спока и грубоватые интонации Маккоя. Кирк из всех сил старался открыть глаза и поплатился за это острой болью, когда свет ослепил его. Он застонал и с трудом перевернулся на бок. Почти сразу же эта двоица оказалась возле него. Кирк чувствовал их беспокойство, и это испугало его; боль усилилась. Он слегка задрожал.
- Компьютер, уменьшить свет на 60 процентов, - приказал Маккой и свет стал менее ярким.
- Эй, Джим. С тобой все хорошо.
Это не успокоило Кирка, он начал дрожать сильнее.
- Лжец, - прошептал он.
Он, наконец, открыл глаза. Маккой и Спок стояли над ним и выглядели встревоженными. Когда он приподнял голову, на их лицах отразилось облегчение.
Внезапно он вспомнил.
- Боунз! Мои глаза… цвет…
Словно ожидая этого, Маккой вручил ему маленькое зеркальце. Кирк принял его нерешительно и взглянул на свое отражение. Он не осознавал, что сдерживает дыхание, до тех пор, пока не выдохнул его со свистом. Его глаза были карими.
- Слава Богу, - он вернул зеркальце Маккою. – Сколько я был без сознания?
- Несколько часов, - ответил Маккой. – Как вы себя чувствуете?
Кирк задумался.
- Очень уставшим. Даже истощенным.
- А как ваша сила?
Кирк напрягся слегка и потянулся к ней. Его тут же поглотило возрастающее ощущение сотен умов, хаотически переплетающихся, сталкивающихся с его разумом… Кирк резко воздвиг барьер, блокируя эти разумы от прикосновения к себе. Он смутно понимал, что снова дрожит и намного сильнее чем прежде. Постепенно он распознал взволнованный голос Спока и кого-то касающегося его плеч.
- Джим… все в порядке. Контакта больше нет. Пожалуйста, Джим.
Кирк медленно сфокусировал взгляд на Споке. Сильные руки вулканца все еще поддерживали его.
- Спок? – вздохнул он осторожно. – Что… что это было?
Его голова мучительно пульсировала.
- Вы сами того не сознавая, потянулись и дотронулись до всех разумов на борту, - объяснил Спок. – Ваша ментальная система не приучена к такому контакту и это вызвало боль.
- Я… Я прежде никогда не чувствовал ничего подобного этому.
Вдруг мир, опрокинулся набок и подступил мрак. Кирк качнулся и Спок подхватил его.
- Хорошо. Вы двое, хватит, - Маккой оказался рядом, и осторожно опустил Кирка обратно в кровать.
- Не переусердствуй, Джим. Я подержу тебя здесь под наблюдением какое-то время, пока эта сила не пойдет на убыль. Шипение гипоспрея сопроводило его слова, и Кирк медленно соскользнул в забвение.
Вторичное пробуждение Кирка было резким и безболезненным. Он немедленно открыл глаза и сел, испытывая легкую дезориентацию. Поискал взглядом Маккоя и Спока. Не могли же они оставить его одного… 
Он нахмурился, размышляя о том, каким образом их отыскать. Он не забыл какую боль в прошлый раз причинила ему попытка совершить нечто подобное. Но, наверное, более целенаправленный поиск приведет к другому результату. Или нет?
Кирк закрыл глаза, глубоко вздохнул и сконцентрировался. Контакт был установлен почти мгновенно. И никакой боли.
«Спок?»
«Джим, ты проснулся?»
«очевидно, что да», в мысленном голосе Кирка было удивление, «где ты?»
«я в свой каюте. наш добрый доктор только что ушел, намереваясь вернуться в лазарет и проверить тебя».
«хорошо, я встал».
«как ты сказал, это очевидно».
Со стороны вулканца пришла легкая рябь оживления.
«Ты в порядке?»
«думаю, что да. на этот раз никакой боли. и я больше не чувствую себя утомленным».
«это отлично, я думаю».
«сколько я отсутствовал на этот раз?»
«три часа сорок девять минут».
«как всегда точно, не так ли?»
«ответ – утвердительный».
Кирк спустил ноги с кровати, мысленно отключив все, что могло просигнализировать о его намерении уйти. Когда он встал, его слегка качнуло. Он чувствовал себя немного слабым, только и всего. Никакой боли, никакого головокружения. Он чувствовал себя… почти нормальным.
«Джим, что ты делаешь?», затревожился Спок.
«ничего», солгал Кирк. Он порылся в ящике в поисках зеркальца, которое Маккой давал ему прежде и взял его. Он посмотрел на свое отражение, отмечая несомненно  коричнево-зеленый цвет своих глаз. Хорошо. Без изменений.
«Джим, я не думаю, что ты должен покидать кровать», сказал Спок, и это прозвучало обеспокоено.
«я в порядке, поверь мне».
«доктора Маккоя будет труднее убедить в этом нежели меня».
Как будто подслушав это, двери со свистом открылись. Кирк вздрогнул и чуть не уронил зеркало. Успев его вовремя поймать, он бросил зеркало в ящик и задвинул его.
Маккой вошел в комнату и остановился перед ним.
- Какого черта ты не в кровати?
Кирк чувствовал себя виноватым, и, набравшись смелости, попытался оправдаться.
- Эээ… я проснулся несколько минут назад. Со мной все прекрасно, так что…
- Так что ты решил сам себя выписать из лазарета, - прервал его Маккой.
- Что-то вроде этого…
Они смотрели друг на друга через стол Маккоя в течение минуты. Наконец Маккой нарушил молчание.
- Джим, мы оба знаем, что с тобой не «все прекрасно». Вернись в кровать.
- Боунз, я сказал вам, со мной все в порядке. Я не нуждаюсь…
- Кто здесь доктор? – начал сердиться Маккой. – Вернитесь в кровать, черт возьми, или я успокою вас снова и привяжу!
- Что изменится от того, что я буду лежать? – заспорил Кирк. – Все останется как есть независимо от того нахожусь я на ногах или нет. Так какое это имеет значение?
Маккой с неодобрением посмотрел на него.
- Я не хочу, чтобы вы использовали свои сверхспособности на мне или попытались что-нибудь уничтожить. Вы должны находиться под наблюдением, «капитан», так не заставляйте меня обращаться с вами бесчеловечно. Вы останетесь здесь, пока не исчезнет сила, усвойте это.
Кирк просверлил его взглядом, но понял, что ему нечем возразить. Он вздохнул и только тогда заметил, что близлежащие предметы заскользили от него в сторону как от сильного порыва ветра. Он выругал себя за то, что перестал контролировать силу и принялся выстраивать новый ментальный барьер.
Маккой подошел и, взяв капитана за руку, протащил через весь лазарет и разве что не швырнул в кровать. Кирк особо и не сопротивлялся; он был занят установлением нового щита, который должен был держать его силу под контролем.
«Джим?»
Вот как, Спок все еще контактировал с ним?
«что, Спок?»
«доктор Маккой без сомнения согласился бы, если бы разделял мою точку зрения, как я тебя и предупреждал».
Кирк закончил ментальный барьер, не прочный, но вполне подходящий на данный момент.
«мистер Спок, как я полагаю, вы слишком много времени проводили с нашим добрым доктором».
Спок казался удивленным.
«разумеется, капитан, заражение неизбежно».
Кирк засмеялся и Маккой бросил на него недоуменный взгляд.
Кирк пожал плечами и произнес: «Спок».
Маккой мгновенно понял и фыркнул в ответ.
- Вы видимо чувствуете себя лучше, Спок.
«действительно, капитан, киронид начал распадаться в моей крови и моя головная боль проходит. скоро я буду чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы приступить к своим обязанностям».
 «вы счастливчик», проворчал Кирк, «почему вас не заперли в лазарете?»
«не знаю, капитан, возможно, потому что у вас была необычная реакция на инъекцию киронида. ваша возрастающая сила вызывает опасения».
«у нас обоих, мистер Спок».
«у доктора Маккоя также, сэр».
Вина вновь заявила о себе неприятным чувством, когда он вспомнил, что едва не натворил. Кирк взглянул на Маккоя, занимавшегося изучением диагностической панели над кроватью.
- Каков прогноз, доктор? – полушутливо спросил Кирк.
Маккой посмотрел на него и то, как он приподнял бровь, напомнило Кирку о Споке.
- Что ж, хорошая новость – это то, что киронид наконец-то замедлил свое воспроизводство. Надеюсь что это хороший знак.
Кирк кивнул, понимая, что Маккой что-то не договаривает.
- А плохая?
Маккой сердито выдохнул.
- Я не могу остановить его распространение в вашей крови и не могу вывести его из вас. Согласно этим показаниям, киронид разрушает вас изнутри. Сердцебиение увеличилось вдвое, растет метаболизм, температура тела поднялась почти до 39 градусов.
Он покачал головой.
- Похоже на грипп, но я не возьмусь сделать заключение. Вы чувствуете себя хорошо?
Кирк открыл рот, чтобы ответить, но Маккой прервал его.
- Не важно. Вы сказали бы мне, что вы в порядке, даже если бы умирали от сердечного приступа.
Маккой ударил рукой по кровати.
- Проклятье, я не могу судить только по диагностической панели. Если бы я мог просканировать вас…
Кирк застенчиво усмехнулся.
- Я сожалею об этом.
Маккой фыркнул.
- Черт побери, это не ваша вина. Это проклятый киронид. Как бы я желал, чтобы этого никогда не случилось с вами.
- Боунз, это была моя идея. Не кляни себя из-за этого. Это было мое предложение, и именно мой приказ заставил тебя дать Споку и мне дозу киронида. Если кто-то и ошибся, то это я сам.
- Черт возьми, Джим, я доктор. У меня было право не подчиниться приказу на основании медицинского мнения.
- Ты понятия не имел, что киронид даст такой эффект. Это не твоя вина.
- А ты знал об этом? Джим, ты не мог знать, что с тобой будет как с Гари… - Маккой прикусил язык. Он не собирался этого говорить.
Кирк, содрогнувшись, внимательно взглянул на него.
- Что? Кто рассказал тебе об этом?
Маккой вздрогнул.
- Спок. Он рассказал мне все, Джим.
Плечи Кирка резко опустились, словно он внезапно изнемог, и он отвернулся.
- Гари…
Маккой понял, что капитан желает, чтобы его оставили в покое, и поэтому тихо выскользнул из комнаты. Как только он ушел, Кирк разом выпустил смерч из гнева и горя. Сила киронида трансформировала его эмоции в физическое действие, и все инструменты, находившиеся поблизости, полетели в стены и на пол. Кирк был в центре всего этого. Его глаза были крепко зажмурены, кулаки сжаты. Когда глаза внезапно распахнулись, на один миг их радужная оболочка блеснула чистым холодным серебром.

Глава третья
Маккой вошел в лазарет, и обмер. Его лицо от удивления вытянулось.
- Какого черта?
Лазарет был зоной бедствия. Все оборудование было разбито и его обломки валялись у стен. Сами стены были вдавлены и обожжены, как будто обломки ударявшие по ним, были раскаленными.
Кирк по-прежнему лежал на кровати, на боку, не двигаясь. Он был повернут к Макою спиной, так что доктор не видел, бодрствует он или нет.
Маккой медленно подошел к кровати и поглядел на монитор, с удовлетворением отмечая, что уровень киронида наконец-то прекратил увеличиваться. Однако негативные симптомы стали более очевидными. Кожа Кирка покраснела от лихорадки, и он сильно потел. Теперь Маккой слышал беспорядочное затрудненное дыхание друга, свидетельствующее о дыхательной инфекции. Маккой легонько прикоснулся к Кирку и отдернул руку назад. Он почувствовал жар буквально волнами исходящий от тела Кирка. Он вдруг вспомнил о галлюцинациях Пармена, которые наносили увечья людям и заставляли кружиться в вихре опасные предметы. Исходя их этого, он решил оставить Кирка в покое. Он все равно ничем не мог ему помочь.

Кирк затерялся в темноте, он тонул в красном океане из боли и огня. Он беспомощно барахтался, изо всех сил старясь убежать из этого проклятого места. Он был одинок.
Один.
ОДИН…
«НЕТ», закричал он, и разрушительное эхо достигло самой дальней точки океана боли. Ни одна душа не откликнулась ему.
- Боунз! Спок! Кто-нибудь, помогите мне!
Легкое как перышко прикосновение, словно касание снежинок к его коже прибыло из темных вод.
«Джим, ты не один. Слушай меня, Джим. Ты должен справиться. Ты должен. Ты не одинок».
Кирк справился, и попытался определить откуда исходит голос.
- Где вы? Я не могу вас отыскать… не оставляйте меня. Пожалуйста!»
Его голос был голосом потерявшегося ребенка, плачущего в темноте, в одиночестве.
«Я здесь, Джим. Успокойся, я здесь. Я не оставлю тебя».
Прохладная рука опустилась на его лоб.
«Отдыхай, Джим. Я буду здесь, всегда».

Спок следил за беспокойными движениями капитана, погруженного в лихорадку и бред. Он держал Кирка за руку передавая другу прохладу и чувство безопасности. Он сидел у кровати Кирка вот уже два часа тридцать шесть минут и видел, что лихорадка Кирка усиливается. Он предпринял попытку применить вулканскую технику для снижения температуры, но Кирк ей сопротивлялся. Макой стоял рядом с ним.
- Есть успехи? – спросил измученный доктор.
Спок покачал головой.
- Он отвергает целительный транс каждый раз, когда я пытаюсь его активизировать. Он потерялся, доктор Маккой. Он потерян и одинок. Он ничего не понимает.
Он помолчал несколько минут, наблюдая за спящим Кирком.
- Вы выяснили, что с ним происходит?
Маккой выпустил пар.
- Нет, черт возьми. Он просто болен, безо всякой причины. Может быть, вы сможете прояснить, что с ним такое?
Спок закрыл глаза, и, сжав руку Кирка, на мгновение сосредоточился. Затем медленно покачал головой.
- Я не могу пробиться к нему. Он слышит, но не понимает.
Ситуация не менялась в течение многих часов. Спок нес бессменную вахту, а Маккой раз за разом прогонял результаты тестов. Никаких изменений. Никаких ответов.

Кирк пробудился в темноте, дезориентированный и смущенный. Монотонный стук раздавался вокруг и вспыхивал маленький красный огонек. Кто-то прочно держал его руку, и он попытался освободиться. Его глаза привыкли к темноте, и он с облегчением вздохнул. Шум и свет исходили от монитора, а его руку держал Спок. Когда Кирк присмотрелся, он разглядел вулканца на стуле возле кровати. Его друг вцепился в руку железной хваткой; на другую свою руку он прилег как на подушку на краю кровати. Глубокое дыхание подтвердило, что вулканец крепко спит, и Кирк из осторожности не стал больше двигаться, чтобы не разбудить его.
Кирк немного приподнял голову и осмотрелся вокруг. В лазарете было темно, тусклый свет исходил только из офиса Маккоя. Оттуда доносилось слабое громыханье, и Кирк едва не рассмеялся вслух, когда понял, что это храпит доктор. Итак, Спок был не единственным кто беспокоился он нем?
Им пора узнать для чего нужна кровать, подумал Кирк, улыбаясь.
Оценив состояние друзей, он сосредоточил свое внимание на собственном физическом состоянии. Глядя вверх, он мог едва разобрать показания на диагностической панели. Температура была чуть выше нормальной, пульс немного неустойчивый, и это все. Нахмурившись, он рылся в своих недавних воспоминаниях.
Хм-м. Какой тяжелый недуг занес меня сюда? Прекрасное самочувствие в один момент и лихорадка в другой… проклятье. Я ненавижу это.
Кирк вздохнул и уставился на потолок, прислушиваясь к биению своего сердца и еле слышному дыханию вулканца. Он не чувствовал усталости, хотя время было не дневное. Он понимал, что должен спать. Но, проведя в беспамятстве весь день, он не утомился. К тому же он давно не получал известий с мостика.
Мостик… Кирк снова взглянул на руку Спока. Не было никакого способа заставить вулканца отпустить его, и не разбудить при этом. Кирк не мог лишить друга крайне необходимого ему отдыха. Он бросил взгляд на ближайший коммуникатор; почти четыре метра.
Проклятье, чтобы добраться до него, надо встать, и тогда я либо своим движением разбужу Спока, либо Спока и Боунза, когда все эти медицинские мониторы поднимут вой.
И вдруг его внезапно озарило. Джеймс Тиберий, каким же тупицей ты иногда можешь быть, подумал он. Закрыв глаза, чтобы лучше сосредоточиться, он снял свои умственные барьеры. На этот раз не было никакого хаотического вторжения умов. Большинство ощущений были вялыми и нечеткими, указывающими на сон или сонливость. Но на мостике ночная смена была активна и находилась на своих постах. Сознание Кирка летело до мостика как листок на ветру, проникая сквозь палубы. Он отыскал ментальный образ Арекса сидевшего в капитанском кресле. Но Арекс был не тем, кого он разыскивал. Кирк сосредоточился на правой стороне мостика, возвратившись к кошачьей фигуре М‘Ресс, офицера по связи на ночной вахте. Каитианка скучала. Что ж, самое время чем-нибудь ей заняться. Кирк сконцентрировался на проецировании своего голоса через динамик.
- Кирк – мостику, - произнес он мысленно.
М‘Ресс слегка вздрогнула, ее хвост задергался. Она аккуратно нажала на кнопку когтем.
- Мостик. Это М‘Ррресс, - промурлыкала она. - Что я могу сделать для вас, капитан?
- Рапорт о ситуации, пожалуйста.
- Конечно, капитан, - мяукнула М‘Ресс. – Корррабль на курррсе к Звездной базе 12. Вррремя прррибытия черррез тррри дня. Командование Звездного Флота прррислало для вас сообщение. Но они были пррроинфорррмирррованы что вы вррременно отстррранены. Адмирал Фитцпатрррик желает перрреговорррить с вами как можно скорррее.
- Спасибо, лейтенант. Что-нибудь еще?
- Нет, сэррр.
- Очень хорошо. Продолжайте. Конец связи.
Кирк оборвал психический контакт, немного нервничая из-за того, что сделал. Он слишком легко управлял это психокинетической силой. Она была теперь практически его второй натурой.
- Капитан, - низкий, негромкий голос, неожиданно раздавшийся в темноте, испугал его.
Кирк осмотрелся и увидел Спока, молчаливо наблюдавшего за ним.
- Когда вы проснулись? – спросил, успокоившись Кирк.
- Приблизительно пятнадцать секунд назад, капитан, - Спок выглядел взволнованным. – Как вы себя чувствуете?
Кирк бросил на него раздосадованный взгляд.
- Вы знаете чертовски хорошо, как я себя чувствую. Который час?
- Четыре часа двадцать восемь минут. Доктор Маккой и я беспокоились о вас. Доктор не предполагал, что вы поправитесь так быстро. Не ожидал он и того, что вы так скоро придете в сознание.
- Жаль разочаровывать его, - Кирк медленно сел, с необычной неловкостью. Тупая боль засела глубоко внутри живота, и он не решился встать. Он кивнул головой в сторону офиса Маккоя, откуда храп исходил, казалось еще громче чем когда-либо.
- Он провел там всю ночь?
- Да. Доктор Маккой не хотел оставлять вас без присмотра, на тот случай, если ваше состояние ухудшится. Должен признаться, я чувствовал то же самое.
Кирк не смог удержаться.
- Разве беспокойство – не человеческая эмоция, мистер Спок?
- Это так, капитан, - ответил Спок, сохраняя серьезность. – Это одна из многих эмоций, которые вы привнесли в мою жизнь. Капитан… Джим, пожалуйста, попробуйте понять. В течение последних двух лет на этом корабле я чувствовал беспокойство и страх за вас потому что вы опрометчиво бросались с головой в опасность при каждой возможности. На Платониусе ваше решение стимулировать психокинетическую силу было пугающим, равно как и ваша возрастающая мощь. Боюсь что однажды, ваше влечение к тому, что причиняет вред, станет причиной вашей преждевременной смерти.
Кирк был поражен словами друга. Неужели Спок действительно годами чувствовал все это и ничего не говорил? Он пожал ему руку.
- Не волнуйтесь, Спок. Я все еще здесь. Все хорошо.
- Джим… так будет не всегда.
Они оба очень долго молчали.
Затемненная комната отражала их настроение: мрачное, задумчивое, полное страхов. Сверхъестественное серебристое сияние начало возникать вокруг Кирка, и он невольно задохнулся, как только сверкающая дымка окутала его руку.
- Спок…
Глаза Спока мгновенно устремились к серебристой ауре. Он следил за тем, как она мерцает и дрейфует вокруг руки Кирка и распространяется через его грудь до другой руки. Кирк вздрагивал по мере того как она двигалась, и в его глазах был ужас. Серебристое облако вдруг приостановилось и быстро собралось вокруг его головы. Оно образовало вихрь похожий на торнадо всего за несколько секунд, а затем внезапно распалось на миллиарды частей и исчезло.
И Кирк закричал.

Глава четвертая.
Доктор Маккой был буквально выдернут из сна. Он резко привстал и ударился головой о коммуникационный пульт. Это вызвало поток ругательств из его уст. Но он обо всем забыл как только пробудивший его звук повторился: замораживающий кровь вопль баньши, вопль агонии, исходящий из послеоперационной. Все мысли о сне пропали, он помчался в эту комнату на подгибающихся ногах. Его ботинки заскользили по покрытию, когда он притормозил у двери в палату и вовремя: холодная, неуправляемая, мощная серебристая вспышка точно ракета пронеслась мимо него на варп скорости в стремительном бегстве сквозь твердые стены. Он инстинктивно прикрыл свою голову руками, когда бушующая дымка пролетела мимо и без последствий исчезла в переборке.
Крик резко оборвался. К Маккою вернулась его утраченная было способность мыслить, и он присмотрелся.
Спок был на ногах и пытался уложить Кирка. Капитан сильно дрожал и неистово бился на кровати. Маккой мгновенно распознал в этом разновидность припадка и побежал за гипоспреем. Схватив гипоспрей и пузырек противосудорожного средства, он вернулся к Кирку готовый ввести ему десять кубиков. Неожиданно Кирк сбросил с себя руки Спока удерживавшие его, и, зашатавшись, быстро рухнул на пол в страшных конвульсиях. Его нога врезалась в ногу Маккоя и доктор почувствовал как что-то треснуло. Вскрикнув, доктор отступил назад, и, схватившись за ногу от мучительной боли, уронил гипоспрей. Спок сосредоточился, и на мгновение его психокинетическая сила восстановилась. Гипоспрей поплыл к плечу Кирка и выпустил лекарство в его кровь. Судороги прекратились, и Спок отпустив капитана, подошел к Маккою.
- Чертов киронид, чертовы платонианцы, провалиться им в ад, - громогласно ругался Маккой пытаясь замаскировать боль в своем голосе. – Он сломал мне ногу!
Вошла сестра Чапел потревоженная заварушкой. Она мгновенно окинула взором Кирка лежавшего на полу, полусидевшего поблизости Маккоя, схватившегося за ногу,  и Спока выглядевшего одновременно и обеспокоенным и изумленным.
Чапел вздохнула.
- О нет, только не снова…

Пять часов спустя Кирк проснулся. Одно мгновение он смотрел на потолок, чувствуя себя слишком скверно, чтобы хотя бы пошевелиться. Голова разламывалась, болели глаза, и его ощутимо тошнило. Закрыв глаза, он глубоко дышал, сопротивляясь боли и дискомфорту. Постепенно они ослабели, и, доведя их до контролируемого уровня, он снова открыл глаза и осмотрелся.
- Как не вовремя ты пробудился, - проворчал Маккой с кровати напротив. Доктор сидел, его левую ногу обрабатывал лазер, сращивающий кости; он был не в духе. Кирк ухитрился придать себе удивленный вид.
- Что с тобой случилось?
- ТЫ случился со мной мальчик Джим.
Кирк нахмурился, не совсем понимая. Неужели это он нанес травму Маккою? Если это так, то почему он не помнит этого? Он отвернулся от пристального взгляда Маккоя, предпочитая рассматривать стену, лишь бы не видеть этих пронизывающих, обвиняющих голубых глаз.
Маккой заметил смущение Кирка и понял, что его шутка произвела нежелательный эффект.
- Это ничего, Джим. Ты сделал это не нарочно. Я тебя не виню.
- Конечно, - саркастически ответил Кирк; он все еще избегал смотреть на Маккоя. Настала очередь Маккоя хмуриться в замешательстве.
- Что с тобой?
Кирк пожал плечами, словно ему было все равно.
- Ничего. Все. Я не знаю.
Ответ был столь депрессивным, столь… не похожим на Кирка, что на несколько секунд Маккой фактически онемел.
- Ты чувствуешь себя хорошо? – спросил он наконец.
Кирк кинул в его сторону безумный взгляд и снова отвернулся к стене. Маккой заключил, что прямой подход не сработает. И поменял тактику.
- Киронид исчез, ты знаешь.
Кирк содрогнувшись, кивнул.
- Знаю.
Его голос был невыразительным, механическим и отсутствующим. Как будто энергичный капитан звездолета превратился в абсолютного незнакомца.
- Я не могу никого чувствовать. Все ушло.
Он дрожал так, словно мысль об умственном одиночестве его сильно пугала. Маккой непонимающе уставился на Кирка, затем пожал плечами.
Возможно, ему нужно время, чтобы привыкнуть к своей нормальности, сказал доктор про себя. Все-таки он сроднился с этой психокинетической силой…
Маккой моргнул, когда неожиданная мысль осенила его. Минутку… Что-то такое о кирониде нам рассказывали в Медицинской школе… но вот что? Ладно, рано или поздно, я это вспомню.
Выключив лазер, Маккой пробежался по ноге сканером и убедился, что она полностью исцелилась. Бросив последний взгляд на Кирка, он соскользнул с кровати и покинул комнату.
Кирк вздохнул и закрыл глаза, игнорируя пугающие предчувствия. Причиной тому было не то, что он нуждался в переориентации. Все было намного хуже. 
Открыв глаза, Кирк осторожно привстал и покинул кровать. Быстро оглядев пустой лазарет и взглянув на хронометр, он одернул рубашку и вышел в коридор.

Гимнастический зал был пуст. Видимо для всех смен было либо слишком рано, либо слишком поздно. Кирк занял любимый угол и установил непроницаемые экраны вокруг, заперев их так, чтобы ничем, за исключением сигнала боевой тревоги, их нельзя было открыть с внешней стороны. Он прошел в центр зоны, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он сфокусировал все свои мысли внутри, как Спок учил его, мысленно представляя вулканскую пустыню. Он был как ветер, он был как песок. Он был легче воздуха, он был стремительнее ле-матьи. Кирк ясно представил противника перед собой, и начал двигаться по кругу.

Глава пятая
Кирк как раз выполнял сложное вулканское движение, когда волна интенсивной боли обрушилась на него с невероятной силой. Не в силах сдержать полузадушенный крик, он опустился на пол, схватившись за голову двумя руками, и сражаясь за то, чтобы не потерять сознание. Через несколько минут приступ ослабел до пульсирующей головной боли. Кирк встал и комната начала вращаться вокруг него; он быстро закрыл глаза. Когда головокружение уменьшилось, он снова открыл глаза и в замешательстве осмотрелся. Он не знал, что послужило причиной приступа. Единственное в чем он был уверен – это в том, что боль сорвала его тренировку.
Чувствуя себя немного раздраженным и очень скованным, он снял установленные экраны и оглядел гимнастический зал. Никого не было. Хорошо, подумал Кирк. Не знаю, что бы я сказал, если бы кто-нибудь увидел меня во время самовольной отлучки из лазарета.
Он быстро обдумал возможность возвращения в лазарет, и, конечно же, отверг эту идею. Бросив последний взгляд на гимнастический зал, Кирк направился в свою каюту.
Капитан не ведал, что беспощадный хищник, спрятавшийся в засаде, был готов нанести смертельный удар.

Маккой вошел в лазарет и первым делом посмотрел на кровать, на которой  должен был находиться Кирк. Капитана не было. Доктор разразился бранью и почти что подбежал к столу. Он включил компьютер и затребовал местонахождение капитана Джеймса Т. Кирка.
- Капитан Кирк находится на пятой палубе, - ответил компьютер.
Маккой бегом покинул комнату, даже не потрудившись выключить терминал. Он воспользовался ближайшим турболифтом и отправился на пятую палубу. Когда двери открылись, доктор вихрем помчался к каюте капитана. Дверь оказалась запертой. Маккой включил интерком.
- Джим, это я.
Последовала длинная пауза. И только когда уже Маккой собирался злоупотребить своим правом врача и войти без разрешения, дверь со свистом открылась. 
Он вошел и увидел Кирка, который сидя за столом, вставлял пленку с данными в слот рядом с компьютерным терминалом. Он даже не взглянул на него.
- Доброе утро, Боунз.
- Какого черта, вы покинули лазарет? Я не отпускал вас!
Кирк поднял глаза.
- Мне там нечего делать и вы это знаете. Киронида больше нет. Вы сами мне это сказали. Я в совершенном порядке.
Глаза Маккоя буквально просканировали друга. Кирк выглядел немного уставшим и более бледным чем обычно, но это все что доктор мог счесть отклонением от нормы. Он фыркнул.
- Да. Конечно. Бросьте, Джим. Я должен, по крайней мере, осмотреть вас, прежде чем допустить до исполнения обязанностей и вы не вернетесь на мостик, до тех пор, пока я не разрешу. Так что лучше вам прийти добровольно, или я снова вас усыплю.
Кирк уставился на него и несколько минут ничего не говорил.
- Может через несколько часов? – предложил он. – Я вообще-то планировал поспать.
Маккой посмотрел на него так, словно Кирк заговорил на клингонском языке. Но не стал возражать.
- Отлично. Я вернусь за вами через пять часов. И лучше вам быть готовым к тому времени, в противном случае, клянусь, я вылью на вас ковш холодной воды.
Кирк кивнул.
- Хорошо. Вот же трепло.
Маккой удержался от улыбки на необычный ответ и пошел к двери.
- Прекрасно. Я понимаю, что я здесь лишний.
Его интонация говорила о том, что он всего лишь хотел подразнить и ожидал в ответ очередной остроумной реплики от Кирка. Но таковой не последовало. Взглянув в последний раз на Кирка, направившегося к кровати, Маккой вздохнул и вышел в коридор, и дверь закрылась за ним.
Как только Маккой ушел, Кирк тут же прекратил притворяться, что с ним все хорошо, и все признаки страдания отразились на его лице. Он негромко застонал и рухнул поперек узкой кровати, обхватив голову руками, как будто это могло избавить его от боли. Казалось, что ему в череп всадили шестифутовый шип. Боль нарастала, и капитан потерял сознание.

Когда Кирк очнулся, то почувствовал сильную тошноту. Он едва успел добежать до умывальника как его вырвало. Бледный и дрожащий, он открыл кран и поплескал воду на лицо. Кирк посмотрел на отражение в зеркале.
- Что черт возьми, творится со мной? – спросил он свое отражение. Разумеется, оно не ответило. Он вернулся в жилую зону своей каюты и посмотрел на хронометр. Прошло почти пять часов с момента ухода Маккоя. Кирк только и успел сказать «Черт!», как в дверь позвонили, и голос Маккоя произнес: «Эй, Джим, это я. Можно войти?»
Кирк застыл. Если Маккой увидит меня таким…
Он не хотел пускать доктора, но не знал как избавиться от него. Вытерев воду с лица рукавом рубашки, он нажал на кнопку на столе, размыкая замок.
- Входи.
Маккой вошел, говоря на ходу:
- Хорошо, я подготовил диагностическую кровать и…
Взглянув на Кирка, он умолк и нахмурился.
- Что, черт возьми, тебя переехало?
- Ничего.
Вернулась головная боль; тупое биение в висках пульсировало в такт с сердечным ритмом. Все чего он хотел – это уснуть.
Черт, я согласен даже снова отключиться, угрюмо подумал Кирк.
- Джим, ты действительно плохо выглядишь. Пошли в лазарет.
Кирк замер. Нет! Если он обнаружит, что я болен… Но не было никакой возможности отказаться.
- Хорошо.

Маккой глядел на Кирка. Капитан был очень бледен, дрожал и то и дело морщился от боли. С ним явно что-то было не так. Вряд ли бы он смог добраться до лазарета без посторонней помощи. Фактически он выглядел так, словно у него и не было этих пяти часов для сна.
Тогда чем, черт возьми, он занимался? - задавался вопросом Маккой. Отложив эту мысль на потом, он схватил Кирка за руку.
- Пошли. Я проведу полное обследование, и я не желаю слышать никаких возражений.
К его удивлению Кирк ничего не сказал и действительно последовал за ним. Уже одного этого было достаточно чтобы убедить Маккоя что с Кирком не все было в порядке.
Хорошо зная характер капитана, Маккой проверил, если кто-нибудь у них на пути. К несчастью, поблизости оказалось несколько человек, которые, разговаривая между собою, неспешно шли по коридору.
Джим возненавидит меня за это… подумал угрюмо Маккой, глядя на капитана, которого поддерживал. Но Кирк, казалось, ничего не замечал. Хорошо, раз он не протестует, то маловероятно, что будет способен припомнить мне это…
Коридор однако быстро опустел.  Одного взгляда на капитана оказалось достаточно, чтобы они быстро ушли в противоположном направлении. Несколько более опытных членов команды, понимающе кивнули Маккою и блокировали коридор от проникновения дальнейших нежелательных визитеров.
Маккой не сводил взгляда с капитана, который никак не отреагировал на людей видящих его в таком состоянии и внезапно понял, что глаза Кирка закрыты, и его голова резко склонилась на бок. Он почти ничего не осознавал, хотя по-прежнему двигался, спотыкаясь, рядом с Маккоем по такому знакомому, к сожалению, маршруту. Маккой еле слышно выругался и продолжил путь. Их совместные усилия не могли долго продолжаться.

Спок покинул турболифт на пятой палубе и повернулся, намереваясь пройти к каюте капитана. Он приподнял бровь при виде двух мичманов, судя по всему, охранявших коридор. Увидев его, они немедленно отступили в сторону, зная по опыту, что Спок был одним из немногих людей, которым капитан позволил бы помочь себе. Спок завернул за угол коридора и, спотыкаясь добежал до Маккоя. Доктор сидел на полу, безуспешно пытаясь удержать заваливающегося Кирка. Наконец капитан упал, окончательно лишившись сознания за несколько секунд до того как подоспел Спок и увидел положение вещей.
- Доктор Маккой, что…
- Чертовски вовремя вы притащили сюда свои острые уши! – прервал его Маккой. – Помогите мне скорей доставить Джима в лазарет.
Спок не стал спорить. Встав на колени, он осторожно поднял капитана, и выпрямился, бережно прижав его к своей груди. Не в первый раз Спок был удивлен каким пугающе легким он был. Они почти побежали к турболифту.

Двери турболифта открылись всего в нескольких метрах от лазарета. Игнорируя любопытство, а затем и беспокойство на лицах персонала они спешно переступили через порог лазарета. Внутри Спок осторожно разместил Кирка на диагностической кровати, а Маккой схватил сканер. Он пробежался сканером по капитану. У него было плохое предчувствие, что тому стало намного хуже. Все его страхи полностью реализовались, когда сканер коснулся головы Кирка. Маккой в ужасе едва не уронил сканер вниз.
- Нет…
Кирк умирал.

Глава шестая
Когда Кирк проснулся, первым что он увидел, было обеспокоенное лицо Маккоя.
- Эй, Джим, как ты себя чувствуешь?
- Ужасно.
- Я не удивлен.
Маккой на мгновение замялся.
- Джим, когда ты собирался рассказать нам об этом?
Единственным ответом было пожатие плеч.
- Так что такое со мной теперь?
Маккой ответил не сразу. Он и не знал что сказать. Как вы скажете лучшему другу, что он умирает и, что вы  ничего не можете сделать, чтобы помешать этому?
- Киронид подавлял симптомы, но фактически и был причиной твоего… состояния… изначально. Джим… присутствие киронида в крови в больших количествах … приводит к некоторым довольно ужасным последствиям.
- Короче, Боунз.
Маккой решил выложить все, пока сам не передумал.
- У тебя форма рака, с какой я прежде не сталкивался. Я не знаю как с ней справиться.
- Значит, я умираю? – голос Кирка был странно спокойным.
Маккой с трудом сглотнул.
- Да.
- Прекрасно, – хотя голос Кирка был почти лишен эмоций, его замечание прозвучало саркастично. Он был в опасном настроении и Маккой не хотел знать, что капитан натворит, когда оно дойдет до критической точки.
Извинившись, Маккой покинул комнату и отправился на поиски лекарства.